— Это невозможно, — процедила она.
— А я думаю, Майя, что здесь я устанавливаю цену, — мягко осадил ее Ной. — Мне нужен мальчишка. За ним по пятам следует сама смерть, ужасные разрушения. Хочу лично разобраться с ним, чтобы у людей был пример того, что случается с теми, кто мутит воду на моей земле.
Бортеас знала — Ной и не подозревает о том, какая сила находится в руках мальчика. У всякого Архитектора имелся атлас — древняя технология, которую не удается повторить никому уже на протяжении сотен лет. Устройство, способное раскрыть все секреты Плиоса любому, кто лишь глазком взглянет на мерцающий зеленый экран. Тайные проходы, проложенные коммуникации, цеха и тоннели — все разом оказывалось у тебя в руках, весь лабиринт, размером с планету, на твоей ладони. Многие из тех, кто недостаточно подкован в вопросах заговоров не понимают, в чем сила обыкновенных карт, но Архитекторы, будучи людьми наиболее образованными, прекрасно знали цену информации. Даже жирный, убогий Пегаллос смог обнаружить храм аэромантов, и это при том, что даже аэроманты не знали где точно находится каждый из их храмов. Будь он поумнее — не использовал бы грубую силу, а нашел пультовую комнату, затерянную в заброшенных секциях, и открыл клапаны, тогда аэромантов бы просто затопило отходами производства. Вот такая сила была в руках у мальчика, и никто не должен был об этом знать — обратное означало бы открытие сезона охоты, и лишний атлас достался бы кому-то еще. Устройств было слишком мало, по одному на Архитектора, и обладание таким давало множество непонятных простому обывателю преимуществ, придавало владельцу лишнего атласа политический и экономический вес в совете.
У здания вокзала, сливающегося с внешней стеной огромной станцией с множеством путей, выходила над бетонной поверхностью зарешеченная сверху вентиляция. Для проходящих мимо плебеев она выглядела как непримечательный квадратный колодец, но именно такими путями аэроманты проникали в стан неприятелей и устраняли врагов скрытно и без лишнего шума. Решетка заскрипела, упала на землю, и из колодца вылезли не-Кай и Техей следом за ним. Мальчишки отряхнулись от комков пыли, коими вентиляция была густо забита в некоторых местах, и стали высматривать в свете огромных прожекторов на столбах куда именно им нужно.
Почти сразу Техей заметил, что вдоль длинных, громадных поездов ходят тут и там какие-то подозрительно выглядящие люди. Вроде как, они были одеты в простую плебейскую одежду, в комбинезоны, но явно что-то высматривали, вынюхивали, и то и дело тихо перешептывались между собой.
— Гвардейцы, — Техей быстро догадался, что это были не плебеи. — Ищут меня.
— Слишком опасно, уходим, — не-Кай тряхнул головой, взял было Техея за руку, но тот стоял, как вкопанный.
— Нет, нельзя. Мне нужно попасть на поезд. По тоннелям мы будем идти месяцами, и не факт что дойдем.
Не-Кай хотел было возразить, пристально уставился на петраманта через окуляры противогаза, но, подумав несколько секунд, отпустил его руку. Нужно было придумать как сесть на поезд и остаться незамеченными.
Техей был уверен, что можно было как-то попасть в технический отсек локомотива, громадной машины, питающейся от проводов под потолком, но проблема заключалась в том, что мальчик никогда до этого даже близко не видел поезд. Эол рассказывал ему об этих машинах, что громыхают в тоннелях, скользят по стальным рельсам, но вживую, своими глазами, Техей видел их впервые. Машина, впрочем, не впечатлила его, так как те же МТ были куда больше и сложнее.
Единственным шансом сесть на поезд было слиться с толпой людей, огромной, галдящей толпой идущей к нему. Люди здесь были самые разные, в толпе пестрили разные цвета, запахи и звуки. Кто-то даже вел на поезд активно этому сопротивляющуюся козу, и вот она уже удивила Техея — из животных он видел только собак и крыс. Не-Кай потянул его за собой, крепко держа за локоть, и они, втискиваясь в толпу народа, медленно шли к поездам, стараясь не отсвечивать перед гвардейцами в плебейских комбинезонах.
— Ты опоздала. Он уже на моей территории. И я его найду, рано или поздно, — никак не унимался Ной.
Майя закипала внутри от ярости. Раньше, во времена ее молодости, во время испытания, все было гораздо проще — конкурента можно было просто прирезать и скинуть его труп на нижние уровни. Теперь же, в цивилизованном обществе Плиоса, действовать нужно было тоньше и осторожнее.
Поезд был практически полон. Некоторые из тех, кому не хватило места, лезли на узкую площадку позади последнего вагона. На крыше ехать никто не решался — это означало провести несколько суток, прижимаясь к вагону и моля всех богов о том, чтобы по тебе ничем не прилетело в тоннеле.
— Все, все, отправляемся! — выкрикнул пилот электропоезда, человек в голубом комбинезоне и с замотанным по-арабски платком лицом, где торчали одни лишь круглые очки пилота. — Брысь от поезда, все!
Он просвистел в железный свисток, и толпа отшатнулась от вагона с зарешеченными окнами. Возле поезда стоять во время отправления не стоило — от отпущенных гидравлических тормозов шел едкий, горячий пар. Они зашипели, белые клубы взвились в воздух, и когда они рассеялись Техей увидел, как к нему с не-Каем прорываются через толпу людей несколько гвардейцев.
— Кай! — воскликнул он, указывая на них.
Не-Кай схватил Техея за руку и вместе с ним побежал к поезду. Он медленно, но верно набирал ход, на площадке в задней части столпились люди, кто-то из них, особо вороватого вида, кричали мальчикам что-то, тянули к ним руки.
Майя, заметив переполох, тут же понеслась вслед за ними. Она вскочила на мотоцикл и с громким рыком мощного мотора понеслась вслед за поездом в тоннель. Двое мальчиков все бежали за ним, бежали, и тот, на чьих плечах был ранец с плазменным резаком, запрыгнул на площадку, схватившись за руку кого-то из людей, стоявших там. Второй же стал отставать, и, в конечном итоге, побежал прочь, не оборачиваясь.
Майя прибавила газу, стала догонять разогнавшийся поезд. Люди на площадке не отдавали ей мальчишку, но и не мешали ей — из такой позы она могла лишь тянуть к нему свои руки, не в силах достать, и поэтому просто продолжала погоню. Разумеется, Ной передал сообщение постовым, и поезд стал сбавлять ход, замедляться, проехав пару километров вперед, до развилки тоннеля, где ему не дали пройти дальше.
Майя тут же спрыгнула с мотоцикла и, сжимая нож в руке, запрыгнула на площадку, стала толкать и откидывать в стороны людей, пытаясь добраться до мальчика. И когда она протянула к нему руку, когда схватила за сварочный ранец и повернула к себе лицом и увидела глухой резиновый противогаз, почувствовала кинжал, что уткнулся острием ей в живот.
— Я не буду тебя убивать, но и ты мне не навредишь, — тихо сказал не-Кай. Со стороны поста слышались шаги, топот. — Я отдавал свой долг. Тебе должно быть известно такое понятие.
Майя сдавленно, хрипло засмеялась, отпустив юнца. Тот скинул ранец, который на последних секундах успел забрать у Техея, что уже уезжал в переполненном вагоне очередного поезда, направляющегося на запад.
Акт третий: Термоцех, глава 1
Забегая в отходящий от станции поезд, даже не узнав при этом куда тот отправляется, Техей на бегу сорвал с большой тележки какого-то человека большую брезентовую ткань. Стянув маску с головы, мальчик заткнул ее за пояс, а на плечи накинул грязную ткань чтобы скрыть свою необычную одежду.
В вагоне было не так людно, как на прошлом поезде — по этому направлению, каким бы оно там ни было, явно путешествовало не так много людей, как на том, куда отправился в качестве отвлекающего маневра не-Кай. Аэромант не думал ни секунды, лишь быстро, пока толпа вокруг скрывала их, сорвал рюкзак с плеч Техея и хлопнул его по плечу:
— Беги!
И теперь его наверняка схватили, у него наверняка будут неприятности, а Техей едет в каком-то странном составе, где везли, по большей части, огромных размеров цистерны, а два единственных пассажирских вагона были прицеплены сзади, в самом хвосте. Внутри вагона, где завывал ужасный ветер, бьющий в лицо — в окнах не было стекол, только металлические решетки, хотя их можно было закрыть опускающейся заслонкой, — мальчика мутило. Конечно, он всю жизнь провел верхом на МТ, пару раз даже управлял грузовыми транспортерами, в которых перевозилось топливо, провизия и стройматериалы племени, но поезд был чем-то совершенно иным.
За окном стоял ужасный шум, стальные колеса ритмично стучали, натыкаясь на стыки рельс, а ужасный скрип тормозов, то и дело раздававшийся из-под днища вагона, эхом разносился по тесному, темному железнодорожному тоннелю. Чувствуя, что вот-вот не выдержит и стошнит, мальчик осел у дальней стенке, стараясь сконцентрироваться на подсчете количества отверстий в решетчатом потолке вагона. За решеткой горели лампочки накаливания — единственный свет здесь, и сквозь круглые маленькие отверстия свет красиво падал на пол, стены и пассажиров вагона, устроившихся по разным углам. Техей принялся разглядывать их, лишь бы как-то отвлечь себя, но это не помогало — сказывалась еще и серьезная потеря крови, от которой Техей все еще не отошел и с тех пор даже ни разу не перекусил.
Взгляд мальчик сфокусировал на семье плебеев, что устроилась недалеко от него. Отец, смуглый мужчина с роскошными черными усами, в хитон-комбинезоне с расшитой узорами хламидой поверх, вез куда-то свою семью — жену, женщину лет тридцати, в темном, плотном платье с цветочными узорами и двух маленьких мальчиков не старше шести лет каждый. Отец семейства словно почувствовал на себе взгляд юноши и приветливо улыбнулся, отчего его усы забавно дернулись, а затем поднял вверх руку в знаке приветствия. Техей же лишь отвел взгляд и зажмурился, чувствуя, что вот-вот заблюет свой уголок, отчужденный ото всех.