— Кто ты такой? — уточнила я. — Зачем помогаешь мне? Это все ради Тьера?
— Не только ради него. Ради всех. Я – хранитель рода королевских драконов, — важно представился Амфи, выпятив разноцветную грудь вперед.
— Это многое объясняет, — протянула я.
Что ж, если хранитель рода на моей стороне, то у меня есть все шансы победить Этлину. На этой мысли я зевнула. День был сумасшедший, как и все дни после моего попадания. Организму требовался отдых. Все равно на усталую голову ничего путного не придумаю.
Джем любезно снабдил меня солью, и я рассыпала ее вокруг кровати. Может, мы с нечистью нашли общий язык, но то было днем, а ночью, на голодный желудок жители замка уже не такие дружелюбные. Пусть лучше закусят Этлиной.
Обезопасив себя, я легла. Засыпая, думала о том, как быть. Нельзя действовать нахрапом, Этлина все-таки владеет магией. Для начала надо избавить Тьера от осколка в сердце, чтобы она не могла ему навредить. Тогда Тьер вернет себе истинный облик, и мы еще повоюем.
Осталось придумать, как это сделать. На этой мысли я уснула. Благо проблем со сном у меня никогда не было.
Но в Северном замке спокойно не поспишь… Очень скоро меня разбудили подозрительные шорохи, вздохи, шепот и даже хрюканье.
Я открыла глаза. Вокруг была темнота, ничего не разглядеть. Это раньше Комната зажигала для меня свечу, если я просыпалась ночью, а тут пришлось все делать самой.
Кое-как справишься со свечой на прикроватной тумбе, я повернулась и вздрогнула. В изножье моей кровати собрались все – упыри, вампалы, пожиратель снов, вурдалак и принц Джем.
Неужели решили, что раз появилась настоящая каменная дева, то меня можно и сожрать?
Глава 6. О коварных планах
Тьер был уверен, что с Этлиной покончено раз и навсегда. Увидеть ее снова было… больно. Настоящий удар. Крах всех надежд. Еще немного – и он станет суеверным. Поверит, что ему на роду написано стать мужем ведьмы.
Осколок в сердце шевельнулся, кольнув особенно сильно. Тьер решил, что вот и все, конец. Но нет, Этлина не отпустит его так просто. Она еще не насладилась местью сполна, ее игра только началась.
Будь Тьер один, он бы сдался. Если проклятие спадет с Джема и замка, то он готов пожертвовать собой. Но есть еще Алитея, и вот она сдаваться не намерена.
Сколько же силы духа в этой девушке! Сколько смелости и отваги. Своим напором она вдохнула в Тьера надежду. Возможно, еще не все потеряно, они еще поборются.
Больше всего Тьеру хотелось снова коснуться Алитеи. Сжать ее руку в своей, поцеловать, но он не рискнул. Только не при Этлине. Он слишком хорошо знает подругу детства. В гневе она способна на все, в том числе устранить соперницу физически.
Пусть лучше Этлина думает, что все идет по ее плану. Она здесь главная, а Алитея не имеет для Тьера никакого значения. Усыпив бдительность Этлины, у них будет шанс избавиться от нее.
Тьер покинул столовую вместе с Этлиной. Он хотел увести ее подальше от Алитеи, из страха за последнюю. Обстановка в столовой накалилась. Лучше девушкам держаться подальше друг от друга. Все же две женщины на один замок – это слишком много.
Вместо своих покоев Этлина свернула к его.
— Я хочу посмотреть на нее, — заявила она. — На мою корону.
Пришлось впустить ее. В спальне она сразу подошла к постаменту с короной каменной девы и осторожно погладила ее острые пики.
— Не примеряешь? — с издевкой предложил Тьер.
— Ты ведь хочешь, чтобы она превратила меня в камень, не так ли? — произнес Этлина. — Что ж, не буду лишать тебя надежды. Выживу я или нет, узнаем на коронации.
Он и правда втайне мечтал об этом. Вот оно – решение всех проблем. Но Этлина не глупа. Она сама создала корону. Наивно рассчитывать, что та прикончит свою хозяйку.
— Ты принял верное решение, — похвалила его Этлина. — Я – твоя судьба. Этого не изменить. И уж точно меня не заменит какая-то девчонка с сомнительным Даром. Мы еще можем быть счастливы вместе.
— Ты лишила меня крыльев, — напомнил Тьер.
— Кто старое помянет, — она беспечно махнула рукой. — Давай думать о будущем. О том, как мы объединим наши народы, о наших детях.
Тьер, не сдержавшись, поморщился. Плохой из него актер. Всего-то и надо, что претвориться, будто он рад Этлине, а он и на это не способен. Даже находиться с ней в одном помещении невыносимо. А уж притронуться к ней – вовсе кошмар.
Этлина это поняла. Она всегда читала его, как открытую книгу. Все-таки они выросли вместе, она знала его как никто другой.