– Изображать? – выгнул брови он. – Не думаю, что тебе пришлось бы притворяться.
– Вот и не думай. Оказывается, это иногда очень вредно.
– Ты так уверена, что я никакой в постели? – не унимался Богомолов, явно задетый моими словами. – Видимо, неудачный интимный опыт сказывается, да, Вася? Ничего, я смогу заменить плохие впечатления хорошими, тебе стоит только попросить. Правда, после сегодняшнего просить придется долго, активно и на коленях.
– В твоих мечтах, Стас, – бросила я, не став сдерживать гримасу отвращения.
– Посмотрим, Вася, – усмехнулся он.
– Не боишься, что я все расскажу Дубравину?
– И кому он поверит? – фыркнул Богомолов. – Лучшему другу, который не раз вытаскивал его из дерьма, или неверной жене, пытающейся помешать его карьере?
С этими словами Стас вышел из кабинета, оставив меня наедине с гнетущими мыслями и ужасным настроением.
Надо отдать Богомолову должное, он всегда умел впечатлять и привлекать внимание. Только мне никогда не приходилось сталкиваться с плохой стороной Стаса: то ли он так умело ее скрывал, то ли я, ослепленная любовью к Дубравину, совершенно перестала разбираться в людях.
Времени на то, чтобы долго предаваться тоске, у меня не было. В ушах все еще звенели отголоски фраз Богомолова, когда я вызвала Ромашкину.
Помощница пришла с гораздо меньшим энтузиазмом, чем до этого.
– Почему без заявления? – спросила я.
– К-какого заявления? – замялась на пороге она.
– Аня, не заставляй меня окончательно разочаровываться в твоих умственных способностях, – без тени юмора сказала я. – Об увольнении, конечно же.
– Василиса Дмитриевна, – заломила руки девушка. – Вы понимаете, ну я же… А он…
– Даю тебе пять минут, чтобы написать его по собственному желанию. Если не успеешь, уволю по статье.
– Василиса Дмитриевна, – расплакалась Ромашкина. – Я не виновата, он сам…
– Время пошло, – резко прервала ее стенания я, не чувствуя и капли жалости. – Мы с тобой, Аня, проработали достаточный срок, чтобы ты могла понять: предательства я не прощаю.
Вот так моя помощница, которую я считала большой удачей, стала бывшей. По-хорошему стоило и половину охранников уволить, но такие резкие телодвижения могли оставить меня без штата.
Делами заниматься я не могла, промаялась несколько часов в офисе и сдалась. Былое доверие к работникам фонда было утрачено, а как работать в такой атмосфере, когда каждый второй готов предать, я не знала.
Я долго крутила телефон в руках, так и не придумав, кому стоит позвонить, а потом решение пришло само.
– Кактусик? – прогудел Акулов, не скрывая собственного удивления.
– Мне нужна помощь, – с места в карьер бросилась я и тут же выложила все, что здесь недавно произошло.
Эффект «случайного попутчика» был все еще силен и заставлял меня присесть на уши Акулову. Что удивительно, я могла позвонить Марго или найти в своей записной книжке того, чья помощь точно пригодилась бы. Вместо этого обратилась к тому, кто воспринимал меня бесполезным придатком к успешной подруге.
Чудеса?
Нет, просто этот мужчина успел продемонстрировать силу, спокойствие и надежность. Этих качеств мне сейчас ужасно не хватало, вот я и восполняла дефицит, как могла.
– Встретимся через час, – по-деловому скупо ответил Сергей, как только я закончила изливать душу.– Адрес я пришлю.
ГЛАВА 10
Дубравин
– Если ты продолжишь отмалчиваться на вопросы этих тошнотиков, то опять продуешь контракт, – зашипела Загорская ему на ухо, отчего Иннокентий поморщился. – Я не могу вести переговоры одна!