На что я нахмурилась, напрягая собственную память, которая отказывалась полностью прогружаться.
– Я тебя только в номер доставил и запер на ключ, – сжалился мужчина и снизошел до объяснений. – А утром пришел проверить да снабдить таблеточкой.
– Спасибо… – с облегчением выдохнула я. Тут же случившееся показалось мне не таким катастрофичным. Куда неприятнее было бы осознавать, что я накуролесила с незнакомцем, толком не осознавая собственных действий.
Если я когда-то решусь на такой шаг, то хочу полностью соображать, что именно делаю.
– Марго сильно просила позаботиться о тебе, Кактусик, вот я и нянькаюсь, не могу ей отказать, – расставил точки над «и» Сергей, тем самым показывая мне, что если бы не протекция подруги, то прошлый вечер мог для меня закончиться гораздо плачевнее. А так всего-то моя гордость пострадала да репутация Дубравина. Обошлись малой кровью, как говорится. – Что ты решила проделать внутри номера, в сферу моей ответственности не входило. Думаю, просто уснула, на большее тебя точно не хватило бы уже.
Раздеться, судя по всему, я смогла, а куда дела одежду, пока даже для меня оставалось загадкой.
На этот раз стук в дверь был таким громким, что я вздрогнула. Складывалось впечатление, будто пришедший решил пробиться сквозь нее самостоятельно.
– Я сейчас, – кивнул Акулов.
– Не открывай, – пискнула я, но остановить его не успела.
– Вечно от проблем бежать не получится, нужно их решать, Кактусик, – заявил он, а едва открыл дверь, как тут же схлопотал удар в лицо.
Я вскрикнула.
Акулов отлетел к стене, держась за нос, из которого хлестала кровь, а в номер ворвался Дубравин. Злой, как тысяча чертей. С каким-то очумелым, полностью безумным взглядом. Весь напружиненный, взлохмаченный и раскрасневшийся.
Я даже испугаться успела, потому как никогда еще собственного мужа таким не видела.
– Ну здравствуй, дорогая жена, – процедил Кеша, запирая за собой дверь. – Нагулялась?
Телохранителей рядом с ним не было, видимо, супруг оставил их в коридоре или у лифта.
Я отлично прочувствовала, что на языке у Дубравина крутились слова покрепче, но он сдержался, не озвучил их. Зато посмотрел красноречивее, чем тысяча ругательств, отчего я вжала голову в плечи. Но почти сразу же заставила себя выпрямить спину и вскинуть подбородок.
– А что? Не думал же ты, что только тебе все дозволено? – вопреки желаниям, мой голос все же дрогнул, и получилось не так смело, как звучало у меня в голове.
Кеша дернулся, будто бы я его ударила, а потом потемнел лицом.
– Ну ты и…
Он ринулся ко мне, но ни договорить, ни дотянуться не успел. Акулов сбил его с ног и хорошенько двинул несколько раз под дых. Дубравин закашлялся.
– Ответочка, – выдал Сергей, от души приложив моего мужа в глаз, когда тот попытался подняться. – Депутатская неприкосновенность здесь не действует.
– Не нуждаюсь, – сплюнул Кеша и ударил Акулова в ответ.
Они покатились по ковру.
– Прекратите! – заверещала я, но меня предсказуемо проигнорировали, поэтому и ринулась в самую гущу событий.
И ведь знала, что в мужицкие разборки лучше не лезть, а в тот момент все из моей головы вылетело. Я даже не поняла, кто меня оттолкнул, только вскрикнула, когда стала терять равновесие.
– Вася! – взревел мой муж.
В попытке удержать меня он схватился за одеяло и… сдернул его.
Я приложилась боком о тумбочку и осела на пол. Но не боль от удара так сильно меня задела, а взгляд Дубравина.
Впервые Кеша смотрел на меня как… на грязь под его ногами. Я подтянула колени к груди и закрылась руками.
– Убью, – выдохнул он.