– Впрочем, истинную причину предательства Стаса мы все равно никогда не узнаем. Он мертв.
– Как мертв? – ахнула я.
– Разбился на машине вместе с Ингой. Еще семь лет назад, – сказал Дубравин. – Я уверен, что и Загорская была у него на коротком поводке, они вместе спланировали все и провернули. Там, в отеле, у меня с ней ничего не было. Я тебе не врал, Вася.
– Врал, Кеша, – покачала головой я. – Сына скрывал. Связь с другой женщиной. Или хочешь сказать, что ты нашел Матвея в капусте?
– Сына скрывал, – помрачнел бывший муж. – Это правда, но Матвей…
Мы опять бежали по кругу, а я ведь так мечтала вырваться из этой дикой карусели!
– Хватит, – прикрыла ладонью рот Дубравина я. – Не надо больше подробностей. Это все в прошлом.
Наша семейная жизнь оказалась разменной монетой в играх чужих людей. Это понимание удручало и выбивало почву из-под ног. А еще сильнее расстраивало, что, по сути, мы с Дубравиным все сделали собственными руками. Ранили друг друга, втоптали в грязь нашу любовь, разорвали ее на куски…
Сами. Ну и пусть, что кто-то направил нас в нужное русло, решение-то было за нами. Каждое решение. И от этой горькой правды тоже невозможно было скрыться.
Он кивнул, прижался губами к моим пальцам, а меня сразу током шарахнуло от этого простого поцелуя.
Я дернулась.
– Все, – сказала я, зажав перекись в кулаке. – До свадьбы заживет.
– Ловлю тебя на слове.
Я кинулась торопливо собирать аптечку, руки не слушались, внутри все дрожало. Дубравин опять сумел выбить меня из привычной зоны комфорта.
– У тебя же с тем белобрысым тогда ничего не было, правда? – вдруг спросил он. – Знаю, что не было…
– Раз знаешь, то зачем спрашиваешь?
И пусть я стояла спиной к мужчине, но все равно продолжала его чувствовать, будто связь, пролегшая между нами, не рвалась никогда.
Дубравин подошел ближе. Оперся ладонями о столешницу, аккурат рядом с моими. Даже сантиметра расстояния не оставил.
– А с Грабовским?
Я поджала губы.
– Разве и на этот вопрос у тебя нет ответа?
Дубравин ничего не сказал. Лишь уткнулся носом в мою макушку и шумно задышал.
Я застыла, не в силах пошевелиться. Между нами сейчас творилось что-то необъяснимое. Воронка закручивалась, воздух становился гуще, а жар в груди все нарастал. И щемящая боль от потери чего-то важного всколыхнулась, выглянула из того уголка души, куда я ее с трудом засунула.
– Зачем? – через какое-то время спросил он.
Нить разговора была утеряна, но мне она и не требовалась, чтобы понять, о чем именно бывший спрашивал.
– Отомстить тебе хотела. Клин клином вышибить.
– Получилось?
– Как видишь, – обтекаемо ответила я, оставив ему простор для фантазии.
Как видишь, да или, как видишь, нет…
Дубравин обнял меня, прижав к себе сильно-сильно. У меня даже дыхание на мгновение оборвалось. От лавины тех почти забытых чувств, что тут же откликнулись внутри.