– Ой, полегче, ба! Оторвешь же! – возмутился Никита.
Миша, как всегда, все сносил молча, лишь кривился.
– Я оторву, отец ваш пришьет. Невелика проблема, – хмыкнула Муся. – Нечего на людей бросаться.
– Так разве ж то человек? Этот гад Ваську через все круги ада протащил, ее на каждом шагу журналюги полоскали, а теперь сюда заявился?! – выпалил Ник. – Ты что, забыла, как она рыдала от него? Мы с Мишкой его сразу найти пытались, да этот трус натравил на нее СМИ и свалил в закат. Вот пусть сейчас огребает, раз сам пришел. Ой-ой! Ну оторвешь же!
– Я не натравливал, – сплюнул кровь Дубравин.
Муся прожгла его таким яростным взглядом, что мой бывший предпочел засунуть язык обратно за зубы.
– Ага, как же! – хмыкнул Никита. – И леваком не страдал, значит? Отрастил Ваське рога, что пригибаться надо было, чтобы в дом зайти, а сейчас на попятную? Ой, ба! Ну что ты как неродная, а?!
– Цыц.
– Уймись, – приказал Миша.
– Балаган какой-то устроили, идиоты, – фыркнула я, поднимаясь на ноги.
– Ты сама просила его упокоить, – выдал Ник. – Где мои благодарности?
– Успокоить! Я просила успокоить!
Я даже опомниться не успела, как мама уже завела Дубравина в наш дом. Братьев Муся проводила в одну комнату, а моему бывшему досталась другая.
– Зачем это? – напряглась я, когда мама всунула мне в руки аптечку и жестом указала на нужную дверь. – Не пойду. Не я била, не мне и обрабатывать.
Для того чтобы принять правильное направление, мне хватило лишь одного красноречивого взгляда от Муси. Да и чего скрывать, глупое сердце к Дубравину и так рвалось, переживало.
Бывший сидел на стуле. Угрюмый. Ссутулившийся.
Я молча подошла к столу, разложила аптечку, взяла все необходимое и стала обрабатывать раны Дубравина.
Разукрасили его, конечно, знатно… И мне бы радоваться, что кто-то заступился за меня, пусть и тогда, когда уже не особо требовалось, но не получалось.
– Я не заказывал тебя журналистам, – сказал мужчина.
– Какая теперь уже разница?
– Хочу, чтобы ты знала. В первый момент я подумал, что это ты слила то видео в СМИ, но потом…
– Потом? – изогнула брови я.
– У меня было много времени, чтобы разобраться во всем, Вася. Я знаю, что ты этого не делала.
– Даже не понимаю, радоваться мне неожиданному помилованию или нет, – хмыкнула я.
– Ш! – зашипел Дубравин, когда я слишком сильно прижала ватный тампончик.
– Прости, – тут же повинилась я и подула на его ранки. – Я не хотела.
Бывший закрыл глаза и охотно подставился под мои руки, точно дезинфекция ссадин приносила ему истинное удовольствие.
– Так кто же начал эту травлю в сети, если не я и не ты? – через какое-то время вернулась я к разговору.
– Богомолов.
– Стас? – удивилась я. – Он, конечно, та еще сволочь, но чтобы докатиться до такого…