Евгений словно специально выдерживал паузу, из-за которой я горела в огне смущения.
– У меня нет таких наклонностей, чтобы воспользоваться бессознательным состоянием женщины, – наконец ответил он. – Даже если это очень привлекательная для меня женщина.
От его слов, подкрепленных пристальным взглядом, мне легче не становилось.
– Похоже, пока я спала, ты времени зря не терял, – заметила я. – Прокачал свою способность к комплиментам.
– Я давно научился схватывать на лету, – подмигнул Женя. – Не волнуйся, тебя переодела моя домработница.
Такая версия берегла мои нервы.
– Меня кто-то искал?
– Я набрался наглости и отключил твой телефон, чтобы никто не беспокоил.
– А фонд? – нахмурилась я.
– Не волнуйся, я переговорил с твоим заместителем. Работа работает сама себя, ничего не встало за время твоего краткосрочного отсутствия, не дергайся.
– И по какому праву? – выпрямила спину я, словно палку проглотила.
– По какому праву что? – сделал вид, что не понял, Грабовский.
Хотя, судя по его цепкому взгляду, он давно догадался о причине моего возмущения.
– Ты ведешь такие разговоры с моим заместителем, – поджала губы я. – Если мне не изменяет память, мы подписали договор о сотрудничестве, а не о разделе фонда.
Евгений хмыкнул.
– Мне казалось, будет уместным помочь тебе на правах…
– На правах кого? – тут же уточнила я.
– Я не люблю слово «друг», – поморщился мужчина. – Оно сразу же накладывает определенные рамки, которых я планирую избежать.
– Вот как? – склонила голову набок я. – Это флирт, Грабовский?
– А ты хочешь, чтобы это был флирт, Василиса? – вкрадчиво поинтересовался он, заставив меня задуматься над собственными желаниями.
– Я хочу… есть, – не стесняясь собственных порывов, открыто заявила я.
Пожалуй, это единственное, с чем на данный момент я точно определилась.
Грабовский рассмеялся, запрокинув голову.
– Люблю прямолинейных людей, – сказал он. – Спустимся вниз?
– А можно я перехвачу что-то здесь? Раз уж ты позволил мне отдохнуть и полениться, то нужно использовать это на полную, – робко улыбнулась я. – Если такое, конечно же, не смутит хозяина дома.
– Вряд ли в этом мире найдется что-то, способное меня смутить, – хмыкнул мужчина. – Слушаю и повинуюсь, Прекрасная.
– Жень? – окликнула я его едва ли не на пороге.
– Да?
– Спасибо.
– Не стоит благодарностей, – отмахнулся Грабовский. – Мне не составит никакого труда накормить тебя.