За пять веков до Соломона (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Может оно и однозначно, да только совершенно неправдоподобно. Чтобы еврейский ребенок попал в семью человека, почитаемого на уровне бога? Да не просто попал, а приобщился ко всем мудростям и тайным знаниям? Вряд ли.

Поэтому еще в конце девятнадцатого века возникли гипотезы, что Моисей мог быть египтянином. Этой точки зрения в частности придерживался такой известный представитель еврейского народа, как Зигмунд Фрейд. Знаменитый основатель школы психоанализа даже написал специальную статью, посвященную исключительно этому вопросу.

Существуют апокрифические тексты, утверждающие, что Моисей был успешным египетским полководцем, разгромившим эфиопов и впоследствии женившимся на эфиопской княжне.

Не вносят ясности в вопрос о происхождении и этимологические разборы имени Моисей-Моше. Согласно официальной версии — имя Моше происходит от еврейского слова, означающего «извлекающий», «выводящий». Мол, так нарекла будущего израильского вождя дочь фараона, извлекая младенца из воды. То есть египтянка дала ребенку еврейское имя! С другой стороны, в египетском языке Мос означает «сын» и часто входит в составные имена (например, Тутмос).

В данном романе используется неканоническая история о Моисее — сыне могущественного египтянина.

Хотя бы на один вопрос можно дать однозначный ответ. Завет Аменемхата — это вымысел автора. Но… Ох, уж эти но, особенно в исторической науке. Но, хотя завета не было, зато традиция избавляться от детей мужского пола существовала. Причем не только в Древнем Египте. Например, и через несколько веков подобный обычай широко практиковала Спарта.

В книге достаточно подробно приведено обоснование жестокого обряда. Как это безнравственно не звучит, здесь срабатывал инстинкт сохранения рода. Если неурожай или другое бедствие грозили гибелью всему народу, жертвовали его самой «ненужной» частью, чтобы подарить надежду остальным.

Экономическая целесообразность, как сказали бы сегодня. Хотя скорее назвали бы кощунством.

В Библии сказано — 600 тысяч мужчин. С женщинами и детьми — около двух миллионов. Это притом, что все население Египта в те времена насчитывало от силы три-четыре миллиона!

Понятно, что воспринимать буквально слова книги Исхода нельзя. Некоторые исследователи отмечают, что еврейское слово «элеф» (тысяча) означает также семью или «обитателей одного шатра». В этом случае израильтян, покинувших Египет, было пять-шесть тысяч человек. Кроме того, весьма вероятно, что к израильтянам примкнули и восставшие из других племен. Позже таких чужеземцев называли «герим» — пришельцами, а защите их прав Моисей посвятил отдельные статьи закона.

В этом вопросе автор намеренно отошел от Библии. Город Исхода — Раамсес или Пер-Рамсес расположен на севере Египта в дельте Нила. В романе же упоминается Уасет, он же Фивы, современный Луксор, находящийся на юге, в трети пути от первых нильских порогов — переев. Именно там вырастали Рамсес и Моисей, жестокий Сети строил храм сотни колонн — Ипет-Сут, а все фараоны находили последнее пристанище на западном берегу в знаменитой Долине Царей.

Уасет — город десятков храмов и дворцов, город писцов и чиновников, учеников и священников. Случалось, что честолюбивый фараон переносил столицу в другое место (Ахнатон в Ахетатон, Рамсес в Пер-Рамсес), но проходили годы, и все возвращалось на круги своя. На протяжении сотен лет именно Уасет оставался центром империи.

Кроме того, что Уасет играл ключевую роль в Египте, существует еще одна причина, по которой автор решил перенести события именно сюда. Хотелось показать, как Моисей пережил возвращение в родные края, отобразить перемены внутри главного героя на фоне изменений в Египетской столице. Иногда десяти лет хватает, чтобы город детства перестал восприниматься, как родной.

Сорок. Это знает каждый ребенок. Так-то так, но сорок лет в бесплодной пустыне срок немыслимый. Поэтому многие историки склоняются скорее к одному-двум годам. С другой стороны, лишения, выпавшие на долю израильтян, оставили настолько глубокие следы в памяти людей, что следующие поколения превратили месяцы страданий в долгие сорок лет.

Тем не менее, авторская трактовка близка к библейской. Двадцать лет — достаточный срок, чтобы выросло новое поколение, не знавшее рабства, поколение Иисуса Навина — молодые люди в расцвете сил, которым предстояло строить новое государство в Ханаанском краю…