– Смейся сколько хочешь, Машка, но я стану знаменитым космическим инженером, как мой дедушка, когда вырасту, – выпрямился Олег в кресле.
– Корону поправьте, инженер, – фыркнул Бобров, заставив меня улыбнуться.
– В глаз захотелось, Ромочка? – показал Смирнов кулак однокласснику.
Друг тут же притих. Учительница заметила нашу перепалку и угрожающе посмотрела на каждого. Мы быстро стушевались.
Остальной полёт прошёл нормально. Вид со станции на Землю завораживал. Красивая, холодная и неприступная планета в огромном и одиноком космосе. Нас встретил гид, который всё время широко улыбался. Может, он был роботом?
Нам показали отсек с шаттлами, столовую, лабораторию и капитанский мостик. Видела всё это миллион раз. Братик тоже увлекался станциями, поэтому знала тут чуть ли не каждое пятно после сотого посещения. Вон там под третьим столиком в обеденном зале Филипп маркером написал дату нашего последнего посещения. В лаборатории в один из дней, я разбила какой-то стакан и сегодня меня сразу все узнали, попрятав посуду. На мостик можно было посмотреть только через стекло.
Ничего сильно интересного. Спустя два часа, начала дико зевать. Мужчина-проводник заметил моё состояние. Готова поспорить, что тогда его глаза хитро прищурились.
– Этого не было в плане, но вы приехали очень вовремя. Через две недели на нашей станции состояться тридцать вторые Межгалактические Олимпийские игры. Мы как раз закончили подготовку зала, – сказал он и открыл один из люков, лёгким взмахом руки.
Подалась вперёд, чтобы рассмотреть поближе. Здесь соединили несколько сегментов, образовав огромный зал. У меня возникло чувство, что если крикну, то буду ещё минуты три слушать своё эхо. В его центре располагался прозрачный куб.
– Здесь будут проводится состязания по художественной гимнастике, борьбе и фехтованию, – огласил гид, подведя нас к кубу поближе.
– Почему за стеклом? – спросил Рома, подняв руку.
– Потому что все Межгалактические игры проходят в вакууме, – с готовностью отозвался мужчина. – Может, кто-то из присутствующих хочет попробовать побыть в невесомости?
Одноклассники тут же начали наперебой просить пустить их, оттеснив меня назад. С удивлением, во главе толпы увидела Олега и Рому. Маша осталась рядом со мной, всем видом показывая, что не разделяет всеобщего восторга.
К счастью, мужчина был настроен сводить туда каждого. Нам раздали скафандры, и мы долго пытались запомнить, как их правильно надевают. Потом началось представление в кубе. Одноклассники переворачивались, размахивали руками и ногами, крутились юлой или совсем не могли сдвинуться с места.
Смеялась до коликов в животе. Они все выглядели слишком комичными. Маша заявила, что ноги её не будет больше в вакууме. Олег звучно ударился шлемом об стекло. Рома вышел оттуда позеленевшим.
Когда дошла очередь до меня, резко стало не до смеха. Неохотно вошла в помещение. Что ж выставлять себя на посмешище для меня было делом обычным. Почувствовала, что точка опоры внизу неожиданно потерялась. Ощущение было невероятным и немного пугающим. Попыталась повернуться. Движения рук не дали никакого эффекта.
Не знаю, что сподвигло меня, но решила попробовать вращать ногами. К собственному удивлению, мне удалось повернуться. Не гладко, но хоть как-то. Предприняла ещё одну попытку и смогла выровнять себя. Добралась до стены и оттолкнулась от неё ногами.
Впервые чувствовала себя такой лёгкой и грациозной. Жаль, что мои семь минут прошли так быстро. На выходе меня встретили восторженные одноклассники, которые наперебой спрашивали о том, как у меня получились такие клевые перевороты.
– Впервые вижу кого-то, кто освоился в невесомости так быстро. Девочка, у тебя настоящий талант! – произнёс мужчина, посмотрев на меня с восхищением.
Именно тогда моя жизнь перевернулась с ног на голову. Уверена, что она уже больше никогда не встанет на место. Космическое фехтование отличалось от обычного, которым занималась моя семья, но за ним было будущее. Моё увлечение встретили с диком восторгом, за которым последовали тренировки, слезы, боль, разочарования и в конце всего успех.
Сегодня, спустя шестнадцать лет, я вновь была готова ступить в куб станции «Мир-13», как претендент на золотую медаль в тридцать шестых Межгалактических Олимпийских играх.
Услышала, что меня объявили и на ватных ногах вышла в зал. Меня оглушили аплодисменты. Глаза сами упёрлись в трибуны. На первом ко мне ряде сидел мой муж, который позволил мне взять девичью фамилию на соревнованиях. Олег Смирнов держал нашу дочь Карину на руках и улыбался. Кстати, он таки стал космическим инженером и жили мы на станции по соседству.
Сейчас всё это было совершенно не важно. Встряхнула головой, чтобы выбросить из неё ненужные мысли. Нашла взглядом своих родителей и брата с семьёй. Они все были рядом и поддерживали меня. Сердце пропустило удар. Подошла к кубу и положила руку на гладкое стекло. Проверила данные скафандра и рапиры. Всё отлично.
Мы вошли в невесомость. Зависла в середине, позволяя себе привыкнуть. Меня наполнило чувство чего-то правильного, заставляя успокоиться и собраться. Динамик в скафандре зашумел.
– Ан гард, – объявил судья, используя старые слова французского языка.
«К бою», – машинально перевела и заняла свою позицию в четырёх метрах от оппонентки.
За маской она была мне совершенно не видна. Если очень постараться, то можно было представить, что буду драться с каким-нибудь галактическим чудовищем, а не человеком.
– Эт-ву прэ? – снова раздалось из динамика.
«Конечно, готовы!» – раздражённо ответила в мыслях на его вопрос.
Стандартная процедура за столько лет стала раздражать. Всего десять минут определят кто из нас уйдёт с золотом. Напряглась, ожидая, когда он даст команду начинать.