- Что с вашим товарищем? Это у него впервые?
Настал черед лаборанта пожимать плечами.
- Мы сами все в шоке, Балт был абсолютно здоров еще утром.
- Эпилепсия? - спросил Рихтер.
- С ней же вроде лет пятьдесят как официально покончено…
- Я знаю, но иногда, редко очень, бывают случаи.
- Не знаю, не знаю, у нас со здоровьем строго, все проходят врачебный контроль, будь у него очаг эпилепсии… Я бы решил, что это какой-то вирус, вызывающий горячку, но он с возбудителями болезней не работал, только какую-то надпись изучал утром, я ему еще помощь предлагал, он сказал - ерундовое дело, сам справится. Простите…
У лаборанта загудел браслет-коммуникатор, тот ответил на вызов, перебросившись с собеседником парой кортких фраз.
- Ну вот, - сказал лаборант повеселевшим голосом, отключив браслет. - Балту лучше, практически сразу пришел в себя и не понимает, что это был за приступ. Конечно, есть опасность рецидива… Да, вы Брайля со склада будете заказывать? Я сделаю вызов, минут через пять принесут.
В ожидании гаджетов Рихтер решил сделать запрос в закрытую психиатрическую больницу - одномоментно спятивший лаборант напомнил ему Стаса, неплохо было бы лишний раз удостовериться, что все в порядке. Оказалось, что все не в порядке и даже более чем. Мысленно отругав охрану клиники за разгильдяйство, Рихтер позвонил своему начальству и попросил отправить его на Эвридику.
- Ты же в отпуск хотел, - удивился браслет голосом Брауна, одного из инспекторов ОКИ, человека, считавшего себя нефотогеничным, и потому никогда не включавшего изображение.
- Можно в отпуск позже? У нас же не такая нищая организация, чтобы сотрудникам командировку не могла обеспечить?
- Да ладно, просто я смотрю, помешались все на этой Эвридике. От нас парочка сопровождающих полетело, с инспекторами от Патруля - Кром и еще кто-то. Только тебе теперь придется ждать, “Везувий” вернется через неделю. А, стоп. Есть дополнительный рейс через день маленьким кораблем. Его название “Орфей”.
- Черные юмористы придумывали такое название… Ну хорошо, раз выбора нет, пусть мне оставят билет на “Орфей”.
До Рихтера дозвониться тоже не получилось. Автоответчик бесстрастно сообщил, что агент вылетел в служебную командировку. Алиса вышла из комнаты связи, чуть не столкнувшись в дверях с Гордоном. Вид у руководителя был запыхавшийся.
- Что, все? Не успел?
- Тень Гильгамеша, - Алиса развела руками. - Два часа придется подождать.
Гордон с досадой вздохнул:
- Заболтался, видел, конечно, по часам, что поздно, но еще надеялся…
“Ага, заболтался. Заболтался, как меня отсюда выставить. Ничего, еще не вечер, не второй и даже не первый.”
- Вы куда? - окликнул ее руководитель.
- Просто поброжу по площадке, - ответила Алиса как можно более беспечно.
Имхотепа не было в его каюте. Его не оказалось в общем зале. Археологи, которых она спрашивала, пожимали плечами и советовали глянуть в камеры наблюдения.
В итоге одна камера все же показала высокую широкоплечую фигуру у мостков к посадочной площадке. Алиса поспешила туда.
Над покрытием поднимались верхушки леса - огромного, нескончаемого. Люди появились здесь недавно, а лес был еще во времена динозавров, и намеревался стоять до тех пор, пока звездолеты не превратятся в ржавую рухлядь и могущественная галактическая цивилизация не придет в упадок. Лес собирался выйти из схватки победителем.
И все же в фигуре, стоявшей у перил, такой маленькой по сравнению с любой толстенной веткой, чувствовалась сила.
- Имхи! - окликнула Алиса. Жрец обернулся на зов, что-то в нем было не так, но что именно, она поняла не сразу, а поняв, ахнула:
- Маску надень! Ты совсем с ума сошел, без маски здесь… - и осеклась.
Тому, кто стоял у края площадки, не мог повредить и открытый космос. Это по-прежнему был молодой еще смуглокожий человек, но что-то новое появилось в изгибе бровей, иначе были сжаты полные губы, в глубине темных глаз горел огонь, зажженный богами при сотворении мира. Даже обычный походный костюм археолога ничего не менял - перед Алисой был облеченный властью демиург, лишь случайно выбравший своим обиталищем тело смертного человека.
- Я ждал тебя, Лисианасса, - спокойно сказал Имхотеп. - Наверное, пришла пора побеседовать.