Разорванная связь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Поездка в город проходит в молчании и так же неуютно, как в аду.

Я изо всех сил стараюсь не возиться со своим платьем, но я еще никогда в жизни не надевала ничего такого модного. Какая-то часть меня беспокоится, что я выгляжу как идиотка, как ребенок, играющий в переодевания в шкафу своей матери, и полное пренебрежение Норта ко мне ничуть не помогает. Он даже не держит свой телефон в руке в качестве оправдания, он просто смотрит в окно, как будто мы — старая супружеская пара, которая наслаждается только молчанием.

Только когда мы остановились на красный свет перед рестораном, он наконец заговаривает со мной. — Этот ужин касается не только тебя. Если ты действительно заботишься о сообществе Одаренных так сильно, как ты говоришь, то ты будешь вести себя наилучшим образом, на что бы это ни было похоже.

Я ненавижу его.

Я ненавижу его и все его манипуляции. Каждая часть этого опыта произошла от того, что он наблюдал за мной и узнавал обо мне без моего ведома, только для того, чтобы использовать все это против меня, чтобы получить именно то, что он хочет.

Я презираю его.

Водитель останавливается в зоне парковки, и Норт ждет, пока он откроет дверь для нас обоих, поправляя часы Rolex на запястье и откидывая плечи назад, словно готовясь к войне.

Я беру себя в руки и готовлюсь сделать то, что нужно, я могу подождать до конца ночи, прежде чем выцарапаю ему глаза за то, что он самый худший человек, которого я когда-либо встречала, и я включаю в эту оценку того подонка, которого он называет братом.

Норт помогает мне выйти из машины, а затем направляет меня в ресторан и к столику, крепко держа руку на моей спине. Кожа под его ладонью кажется теплой и покалывает, и мне приходится сказать своим узам, чтобы они успокоились, потому что мы его ненавидим. Ему наплевать на меня, он не привел меня сюда как своего любимую Связную, я всего лишь пешка в его шахматной игре.

Все остальные члены совета встают со своих мест, когда видят, что мы приближаемся. Мои колени начинают дрожать, потому что это чертовски большое давление на меня без всякого предупреждения или инструктажа. Он просто ожидает, что я буду знать, что, блядь, здесь делать, и, честно говоря, я, вероятно, все испорчу, сама того не желая.

На мероприятии присутствует не менее двадцати человек, и все они знают мое имя, приветствуют меня, как приветствуют Норта, а я чувствую себя идиоткой, стоя там с ним нарядной, накрашенной, на каблуках и с лавандовыми волосами!

Они все рассматривают меня с ног до головы, оценивая каждый сантиметр, и я чувствую себя как ценная свиноматка на сельской ярмарке. Каждый из них хочет рассмотреть все мои достоинства: длину ног, голубой оттенок глаз, насколько прямо я стою, и поставить мне соответствующую оценку. Я могу сказать, кто из них находит меня привлекательной, и во мне вновь вспыхивает ярость.

Норт выдвигает для меня стул, и я бормочу тихое «спасибо», осторожно садясь, разглаживая платье по бедрам, пытаясь успокоиться.

Я едва не выпрыгиваю из собственной кожи, когда Норт наклоняется, чтобы поцеловать меня в макушку, как будто я для него какой-то дорогой человек, и мне приходится прикусить язык. Это все притворство, демонстрация единства и контроля, чтобы не оставалось никаких сомнений в его силе и честности.

Я точно знаю, сколько пыток я могу выдержать, и нет никого в этой комнате, кто мог бы выбить из меня эту правду: Норт на самом деле чертовски хороший член совета.

Каждый клочок сплетен о его политике и планировании, которые я слышала с тех пор, как меня притащили в кампус Дрейвена, — это то, с чем я согласна, например, что сообщество одаренных должно больше помогать неодаренным или найти лучшие решения для осиротевших детей одаренных, раз уж Сопротивление похищает и убивает так много одаренных. Он не хочет сидеть сложа руки и смотреть, как люди страдают, он активно заботится о безопасности и выравнивании разрыва в благосостоянии между семьями из высших слоев общества и одаренными, живущими в районах с более низкими доходами.

У меня нет выбора, кроме как играть в послушную Связную.

Я наклеиваю на лицо сладкую улыбку и устанавливаю зрительный контакт с каждым человеком за столом. Когда Норт занимает место рядом со мной, я кладу свою руку на его руку на столе, чтобы все видели, потому что если ему можно устраивать шоу, то и мне можно.

Он никак не реагирует, только его пальцы слегка напрягаются под моим прикосновением, и я стараюсь не думать о том, что моего Связного отталкивает ощущение моей кожи на его. Черт, как же мне пережить этот ужин, не сорвавшись и не набросившись на него? Это чертовски трудно, но я сохраняю улыбку на своем лице, даже когда мои узы начинают скорбеть внутри меня.

— Значит, в твоем мире снова все хорошо, Дрейвен? — говорит пожилой, видный мужчина на другом конце стола. Он достаточно красив, но в улыбке на его лице есть что-то отталкивающее.

Его Связная — худая, отчаянно выглядящая женщина, сидящая рядом с ним, с усмешкой смотрит в мою сторону. Она даже не пытается скрыть свое презрение ко мне, и я выпрямляюсь, принимая боевую позу, потому что нет ничего лучше, чем взгляд отвращения, чтобы привести меня в боевую готовность.

— Олеандр нужно было время, чтобы найти себя. У нее дикая натура, которую никто из ее Связных не хотел подавлять, хотя мы рады, что она снова с нами. — Его голос ровный, он жестикулирует на моих волосах, как будто их цвет доказывает, что со мной много возни, а не то, что я просто девятнадцатилетняя девушка с собственным характером и личностью.

Я улыбаюсь и хлопаю ресницами, как будто он сделал мне комплимент, и мы идеально синхронизированы, что нет никаких проблем, мы абсолютно счастливы, что оказались вместе на всю жизнь из-за этой дурацкой связи.

Его пальцы снова сжимаются вокруг моих, и я не знаю, предупреждает ли он меня прекратить это или показывает удивление тем, как легко я решила согласиться с этим дерьмом, которое он мне навязывает.

— Я, например, очень рад видеть вас вместе. Норт слишком много сделал для нашего народа, чтобы его бросил непокорный ребенок, — говорит женщина, сидящая слева от меня.

Ее глаза впиваются в мои, и я изо всех сил стараюсь не отвести взгляд, не поддаться этому демонстративному проявлению силы. Она идеально накрашена, ее волосы аккуратно уложены, а платье разрезано по груди так, что сквозь изумрудно-зеленое кружево видны намеки на сиськи, что делает ее воплощением элегантности. Она смешивает коктейль со своим даром, проводя пальцем над ободком в непринужденной властной манере, за которой настороженно наблюдают несколько членов Совета за столом.

Это заставляет меня задуматься, на что они все способны.

Норт хихикает под нос и тянет меня за руку под стол, так что наши соединенные руки ложатся на его бедро. Глаза женщины следят за этим движением, и я вижу, как она вздрагивает. О мой Бог. О мой гребаный Бог, это еще одна из его бывших любовниц, которая пришла поиздеваться надо мной, потому что ее бесит, что я его Связная. Она сидит здесь и харкает на меня не потому, что я отреклась от своей связи, а потому, что ее бесит, что я вернулась и теперь ей придется со мной соревноваться.

Ну, к черту шутки в ее адрес, я не хочу иметь ничего общего с этим бессердечным ублюдком. Моя улыбка превращается в оскал. — Я знаю, насколько велик мой Связной, спасибо.

Можно уже закончить этот ужин, пожалуйста?