— Правильный выбор, Куколка.
Что. За. Придурок.
— Если бы ты не был так болен, я бы сама тебя убила, — сердито огрызнулась я и подпрыгнула от испуга, когда справа от меня раздался смех.
— Он, должно быть, в порядке, если она угрожает убить его, — голос Алека звенел от смеха.
Я подняла взгляд и игриво закатила глаза, когда братья и девушки вошли в палату Кейна.
— Рад видеть, что ты проснулся, ублюдок, — сказал Алек и наклонился, чтобы обнять Кейна. — Ты нас до смерти напугал.
Кейн шутил, пока каждый из братьев обнимал его, а за ними последовали девушки. После того, как Брона обняла его, она подошла, закрыла дверь палаты и прислонилась к ней. Нико попытался уговорить ее пересесть на стул у окна, чтобы она могла сесть к нему на колени, но она не поддалась.
— Я же сказала, нет, — отрезала Брона. — Кейн уже проснулся, и я больше не ослеплена страхом за его безопасность, так что я прекрасно помню сделку, которую ты заключил с Брэндоном долбаным Дейли. Я была серьезна, когда сказала, что покончила с тобой, Доминик. Я не хочу участвовать в этой мерзкой жизни, и если ты настаиваешь на том, чтобы быть ее частью, то мне жаль говорить, но я тебя отпускаю.
Вот дерьмо.
Они расстались?
— Отпускаешь меня, да? — сказал Нико холодным и спокойным голосом. — Как будто я сопливый мальчишка, в которого ты вонзила когти?
Брона уставилась на него.
— Что-то в этом роде.
Нико двигался так быстро, что никто из нас не успел среагировать. Он загнал Брону в угол палаты и закрыл ее от нашего взгляда своим телом.
Я взглянула на Кейна, который покачал головой.
— Пусть сами разбираются, — пробормотал он.
Я отвернулась от него и уставилась на спину Нико.
— Ты думаешь, я хочу иметь дело с Брэнди и такой гребаной жизнью? Конечно, бл*дь, нет. Я вырос в этом, и всю свою жизнь просто хотел, чтобы у нас с братьями была нормальная жизнь, но это не для нас. Как бы отстойно это ни было, эта безумная долбаная жизнь — норма для меня. Я пытаюсь сделать все, что в моих силах, в этой дерьмовой ситуации. И, дорогая, дело в том, что мы разорены, и моя работа в спортзале и с клиентами больше не покрывает расходы. Не знаю как, но я потратил все свои деньги и отказываюсь брать кредиты у своих братьев или скрести дно бочки, чтобы поддержать нас. Но бои… это то, в чем я хорош, Брона. Это действительно хорошие деньги. Все будет не так, как раньше — ты просто должна доверять мне, когда я говорю это. Пожалуйста. Я делаю это для тебя. Для нас.
Крики Броны были очевидны, как и успокаивающее бормотание Нико о его любви к ней и обещаниях, которые он поклялся сдержать.
— Ты обещаешь мне, — всхлипнула Брона. — Ты обещаешь, что все будет не так, как раньше. Ты не будешь ездить из страны в страну, борясь или ввязываясь в сомнительное дерьмо. Обещай, что если ты будешь драться, то только на этой гребаной платформе в этом дурацком кровавом ночном клубе. Обещай мне.
— Посмотри мне в глаза, — выдохнул Нико. — Я обещаю тебе.
Брона снова заплакала.
— Я люблю тебя.
И тогда послышались их поцелуи, а также мое всхлипывание.
— Эйдин? — пробормотал Кейн. — Почему ты плачешь?
Я отмахнулась от него и от всех остальных, кто смотрел на меня. Я вытерла слезы, которые упали с моих глаз.
— Даже не знаю почему, но я не могу остановиться.
Закрыв лицо руками, я начала рыдать.
Я была расстроена и огорчена.
— Ах, дорогая, все в порядке, — усмехнулся Алек, когда присел передо мной на корточки и обнял меня.