Решающий бой: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Пожалуйста, — улыбнулся Зорин. — Спрашивайте, мы с удовольствием ответим.

— Кому пришла в голову мысль о создании «Красного Знамени»? — остро посмотрел на Игоря Семеновича Ахромеев.

— Алексею Шелестову, — спокойно ответил наставник.

— Тогда у меня вопрос к Леше, — генерал-полковник развернулся ко мне. Под пристальным изучающим взглядом Сергея Федоровича было немного неуютно.

— Алексей, поясни, почему ты захотел организовать «Красное Знамя»? Интересуют твои мысли и побудительные мотивы, — по-военному лаконично подчеркнул Ахромеев.

— Тяжело сразу сказать, — на секунду задумался я. — Возможно, многое прозвучит не слишком хорошо.

— Говори, как есть, — губы генерал-полковника чуть раздвинулись в улыбке, — что думаешь. А как это прозвучит, я сам разберусь.

— Ладно, — решившись, вздохнул я. — Сергей Федорович, вы знаете, что я из военной династии. Дед — генерал-лейтенант, отец — подполковник. Я вырос на рассказах о Великой Отечественной войне. И всю жизнь мотался с семьей по гарнизонам. Армия — часть моей жизни. А в школе я видел, что многие мои одноклассники не то, чтобы отрицательно относятся к армейской службе, а скорее равнодушно. Все заняты своими бытовыми делами, думают о том, в какой институт поступать, как строить карьеру. Каждый создаёт свой маленький мирок, в соответствии с представлениями о жизни.

— Ты считаешь это плохо? — усмехнулся Ахромеев.

— Нет, это нормально, просто, — я запнулся, подбирая правильные слова, — после Великой Отечественной мы живем в мире. Это замечательно. Но для многих молодых ребят, не видевших войны, разрушений и страданий, которые она принесла, слова «защита отечества», «отдать свой долг Родине», воспринимаются, если не критично, то отвлеченно. Как привычные и давно набившие оскомину лозунги, к ним прямого отношения не имеющие. Большинство воспринимают социальные блага, мирное небо над головой как должное. С высоких трибун звучат призывы к модернизации, о социалистическом строительстве, призывы сдать в закрома Родины рекордный урожай, закончить Пятилетку за три года, но для большинства это привычный, надоедливый шум, где-то далеко, и к ним никакого отношения не имеющий. Расслабились люди, омещанились, стали простыми обывателями, индивидуалистами. И на эту благодатную почву падают семена, активно взращиваемые нашими врагами. Работают всякие «Радио Свободы», «Голоса Америки», негласно культивируется преклонение перед западным образом жизни, одеждой и аппаратурой. И если, честно, частично для этого есть основания, поскольку, например, наша легкая промышленность конкуренции с капиталистическими странами не выдерживает.

— Ты это к чему? — нахмурился Ахромеев. — Что-то разговор не туда сворачивает. Я вообще-то о другом спрашивал.

За спиной генерал-полковника, Ивашутин укоризненно смотрит на меня и почти незаметно качает указательным пальцем, предостерегая от лишней откровенности.

— Я это, к тому Сергей Федорович, что вам фронтовикам, нужно подготовить надежную смену. Людей, прежде всего, не равнодушных, активных в жизни, готовых отстаивать свои взгляды и способных умело сражаться за Родину, когда настанет час. И это касается, прежде всего, молодежи. С ней надо уже работать уже сейчас. И не формально и на «отгребись», как иногда в пионерских организациях и комсомоле. А так, чтобы у людей, горели глаза, и появилось желание сделать что-то хорошее для других. Вот и мне захотелось разбудить это сонное царство, снять слой безразличия и равнодушия с молодых, и показать, что вместе мы — сила. Можем что-то решить и сделать полезное для общества и города. А ещё, захотел помочь ребятам подготовиться к армии, стать сильнее и увереннее в себе, показать, что такое боевая подготовка. Я поделился своими мыслями с Игорем Семеновичем, он меня поддержал, и мы создали военно-патриотический клуб «Красное Знамя». Ведь у молодежи имеются амбиции, желание что-то сделать, почувствовать свою нужность и полезность. Но они не знают, что делать. Вот мы и решили помочь ребятам, и направить их энергию в правильное русло.

Ещё одна наша цель, которую мы с Игорем Семеновичем обсуждали, чтобы ребята прониклись духом армии, поняли, что такое дисциплина, ощутили себя сплоченным и спаянным коллективом. Если хоть некоторые из них, захотят связать свою жизнь с вооруженными силами, то в училища они придут уже физически подготовленными, знающими что такое дисциплина, а главное, идейными патриотами с активной жизненной позицией. Если, вдруг, завтра начнётся война, эти люди не дрогнут, не предадут и будут стоять до конца.

— Это достойная позиция, — помолчав, признает Сергей Федорович. — И мне она импонирует.

Пристальный испытующий взгляд генерал-полковника смягчается, волевое, непроницаемое лицо расслабляется, губы чуть раздвигаются в легкой улыбке.

— Вам за короткий срок удалось набрать в клуб несколько сотен человек.

Ахромеев сделал секундную паузу.

— Около пятисот, — уточнил я. — А сейчас количество участников 673 человека, и продолжает потихоньку увеличиваться, правильно, Игорь Семенович?

— Уже 675, согласно последнему отсчёту Вероники, — улыбнулся Зорин, — А так, всё верно.

— Как вы смогли за две-три недели собрать такое количество желающих? Чем вы их привлекли? — спросил генерал-полковник.

— Очень просто. Городок у нас небольшой. Для молодежи возможность заниматься спортом ограничена боксом, вольной борьбой, тяжелой атлетикой и ещё несколькими видами спорта. И вдруг появляется наша организация. Что-то новое, необычное и яркое в масштабах нашего города. Крепкие парни в маскхалатах демонстрируют зрелищные приемы рукопашного боя, отлично работают с ножами, эффективно преодолевают полосу препятствий. Это уже вызвало интерес у молодежи. Мы провели несколько красивых показательных выступлений, как сегодня. Приглашали на них всех желающих. Общались с ними так, что у парней и девчонок создавалось впечатление, что они вступают в военизированную организацию, основанную на благородных целях, с возможностью проявить себя, получить новые интересные умения, обзавестись товарищами и поддержкой. Своеобразная молодежная романтика. И такой подход сработал. Кроме того, у нас была грамотно устроена агитация. Но это отдельный долгий разговор.

— А как вы выстроили структуру организации? — в глазах Ахромеева светился живой интерес. — Расскажете, Игорь Семенович?

— Очень просто, — отвечает Зорин. — Я руководитель военно-патриотического клуба. Алексей Шелестов — мой заместитель. Нам подчиняются пять комиссаров. У комиссаров есть заместители — начальники отрядов в школах, ВУЗах и других учебных заведениях. За каждым комиссаром и заместителем закреплен определенный район. Мы помогаем ветеранам и инвалидам, поддерживаем порядок с патрулями ДНД, работаем с трудными подростками, взяли шефство над детдомом. Имеется отдельный отдел агитации, который работает с новыми людьми, приходящими в «Знамя», объясняет наши правила и цели, ведет отчетность работы, проводит разные мероприятия. Начальник отдела — Вероника Подольская.

Если говорить о том, как работает структура, все повседневные вопросы в деятельности клуба решаем я и Леша. Серьезные проблемы, требующие коллегиального рассмотрения, обсуждаются мною, Шелестовым и комиссарами. Но последнее слово остается за мной, как главным руководителем.

В исключительных случаях, предусмотрено общее собрание и обсуждение дел и мероприятий, в которых нам предстоит участвовать. Вот недавно, к нам обратились представители городской власти и милиции, и попросили поучаствовать в поддержании порядка. По их информации, готовилась массовая драка между бандами шпаны. И мы провели общий сбор, отобрали ребят на добровольной основе и проинструктировали, как работать с правонарушителями.

— И как, получилось? — прищурился Ахромеев.

— Получилось, — кивнул Зорин, — Совсем без травм не обошлось, конечно. Слишком многочисленные банды были. И при этом с дубьем, свинчатками и другим холодным оружием. Три человека наших травмы получили. Но, слава богу, ничего слишком серьезного. И беспорядки в городе мы, вместе с милицией и ребятами из ДНД, пресекли.

— А в огонь лезть, спасать малышей не страшно было? — поворачивается генерал-полковник ко мне, — Ладно, Игорь Семенович, взрослый мужчина, офицер, пусть и в отставке. Но ты-то, Леша, и твои товарищи, все ещё зеленые. Пацаны совсем.

— Страшно, — честно признался я, — Но мы об этом тогда не думали. Там дети могли сгореть. Как нам потом с этим жить, если бы струсили?