— Ну что, как там твои планы по спасению мира? — буднично спрашиваю я, стараясь не выказывать эмоции больше необходимого. Это место навевает воспоминания — как хорошие, так и плохие. Воспоминания, которые лучше оставить в прошлом.
Моё дыхание слишком поверхностное, сердце бьётся чересчур быстро.
Он внимательно смотрит на меня. Его волосы отросли с тех пор, как закончились Испытания. Чёрные пряди, слегка вьющиеся на концах, уложены в сторону, чтобы не падали на глаза. На нём обычная рубашка с закатанными до локтей рукавами, что позволяет рассмотреть его татуировки — сложный терновый узор. А глаза сверкают серебром.
— Не так хорошо, как хотелось бы, — его глаза темнеют.
Вскидываю брови, но затем пожимаю плечами.
— Ты ещё жив. Значит, всё не так уж плохо, — ухмыляюсь я, но моя улыбка тут же пропадает, стоит заметить его выражение лица. Что-то не так.
— Есть… проблема, так сказать.
Поджимаю губы.
— Какая?
— Только об этом нельзя никому рассказывать, — он устало поднимает и опускает плечи. — Ни слова. Даже моему отцу.
Эти слова вызывают у меня смех.
— Твоему отцу? Это шутка такая?
Если мне повезёт, мы с королём Светящегося двора никогда больше не встретимся.
Рев пожимает плечами.
— Ты могла бы подумать, что он уже в курсе, и случайно обронить это при нём. Но нет, он ничего не знает.
— Что ж, я хорошо умею хранить секреты, — я прохожу мимо небольшой кушетки и сажусь на подоконник, откуда открывается вид на рощицу с белолиственными деревьями во дворе.
— Я должен был войти в Выжженные земли ещё три недели назад.
Открываю рот, но останавливаю себя. Рев смотрит в пол, его лицо мрачное.
— И почему ты этого не сделал? — равнодушно спрашиваю я, несмотря на тревожное чувство в груди. Эта миссия имеет огромное значение. Для него и всего нашего мира.
Он садится на серебряные простыни большой кровати с четырьмя столбами, на которую я намеренно старалась не смотреть. Он кладёт ладони перед собой на колени и смотрит на них. В этот момент он совсем не похож на того Рева, которого я знаю. Гордого и уверенного в себе, сильного и решительного. Этот Рев выглядит почти… сдавшимся.
— Как известно, Выжженные земли, — медленно начинает он, — огорожены терновой стеной. Через неё невозможно пройти ни одному материальному существу — только бестелесным духам.
Рассеянно киваю. Это место не просто так называют адом фейри. Там поселяются грешные души, которые не могут обрести покой после смерти.
— Единственное исключение — Греховные Врата. Только через них можно пройти, имея физическое тело. И они позволяют войти и выйти невредимым только одному живому существу раз в десять лет.
— Верно, — подбадриваю я его, чтобы не останавливался.
— Так вот, Врата отказываются меня пропускать.
Рев смотрит мне в глаза, его радужки тусклые. У меня сердце ухает вниз.
— Почему? — выдыхаю я. — Кто-то уже вошёл?
Он мотает головой.
— Но в чём тогда проблема?
— Я попытался сделать это три недели назад. Королева хотела сохранить втайне моё отправление, насколько это возможно, учитывая, что моё пребывание там может затянуться и вызвать волнение среди дворов. Поэтому я пошёл, никому не сказав. Подошёл к Вратам, сделал надрез на ладони, прижал её к двери… И ничего не произошло.