Город Птиц: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

И естественно, ему совершенно не было жаль. Он никогда не ставил под сомнение свою правоту, а в этом случае так вообще считал, что имеет полное право обрушить гнев на двоюродную сестру, не понимая, почему все остальные не поддерживают его. Но сегодня Рэй не хотел портить день старой обидой, поэтому пришлось отправить телеграмму.

Наверное, Эмили права, и ее свадьба с Альбертом Врановским и правда была предопределена с самого начала. Ничего не исправить. Эх, жизнь не с таким человеком он желал любимой кузине, но это ее дело. Пусть делает, что хочет.

За окном машины вот-вот начнется ливень. Тучи наливались свинцом, вокруг темнело, словно вечером. На протяжении двух предыдущих недель облака, сомкнутые в плотное непроглядное полотно, по вечерам приобретали причудливые розовые оттенки, так что Рэй завел вредную привычку сидеть на ступеньках дома и смотреть на небо. Знай отец об этом, он тут же пришел бы в ярость, мол, штаны просиживать нечего, уже шестнадцать стукнуло. Но в силу того, что юноша редко видел солнце, те странные вечера казались для него волшебными, хотя он прекрасно понимал, насколько все это было глупо.

И вот сейчас Норт-Бротер погружался в привычную серость, на улицах сгущался туман. Те две недели прошли. Хватит мечтать, пора браться за работу. В будущем корпорация отца сама за себя корабли не построит.

Как сказал бы Танвин: «Отдых без причины должен сопровождаться регулярными пощечинами».

(Как утверждал сам Танвин, эту народную мудрость изрек какой-то лиадский святой).

Танвин вообще был очень набожным, и несмотря на то, что он не помнит саму Лиаду, знал наизусть молитвы на лиадском, ходил в церковь раз в семь дней и носил на шее веревочку с кольцом, которое дал ему священник.

Но сейчас Рэя ожидало еще одно испытание: свадьба двоюродной сестры, которая пройдет в поместье Альберта Врановского. На ней наверняка появятся расфуфыренные индюки во фраках. Что, если в течении всех восьми дней носить пиджаки в яркую клетку? Вот их лица вытянутся…

– Рэй, – позвал его отец. Парень был так погружен в свои мысли и так привык к одиночеству, что чуть не забыл о присутствии родителя в машине. Правда, довольно сложно позабыть о человеке весом с центнер, особенно когда качество сельских дорог оставляет желать лучшего.

– Да?

Отец еще некоторое время курил сигару, пуская колечки дыма в открытое окно. Он делал так всегда – сначала привлекал внимание, а потом молчал.

Рэй терпеливо ждал начала разговора, стараясь дышать через рот, чтобы не чувствовать тошнотворный запах дыма, от которого у него кружилась голова.

– Знаешь, – наконец произнес он, – дом, в котором ты сейчас живешь, я построил еще до твоего рождения. Просто чтобы не жить в гостиницах, когда буду останавливаться в Норт-Бротере проездом. Но потом твоя мать умерла, а через несколько лет республика Регорд развязала войну почти со всем миром. Сам понимаешь, от места баталий лучше держаться подальше, – отец вздохнул. – А еще я решил оставить тебя в Норт-Бротере, так как он является местом, куда регулярно съезжается весь высший свет твоего поколения, где собираются те, с кем тебе в будущем придется жить и работать.

Отец докурил и закрыл окошко кабины. Сельские пейзажи сменяли один другого, небо все больше темнело. Рэй достал часы и мельком посмотрел на время – почти полдень.

– И я впрямь полагал, что ты будешь общаться с ровесниками, ведь это очень важно.

Рэй нахмурился.

– Важно? Извини, я не понимаю.

Мужчина повернул голову и посмотрел на сына. Машину трясло из стороны в сторону, так что Рэй схватился за ручку и пытался не упасть на Элбатта-старшего.

– Дело в том, что в нашем мире все зависит от связей, – произнес он.

– Даже…

– Но если в обществе тебя будут знать, как угрюмого молчаливого поганца, то в решающий момент, ты… – отец указал своим толстым пальцем на Рэя. – Ты, – для убедительности повторил он. – Останешься. Ни с чем. Общество не доверяет тем, кто всегда молчит. Такие люди – самые опасные люди на свете.

Прогремел гром, и начался дождь. Отец все так же пристально смотрел на Рэя, ожидая хоть кого-нибудь ответа.

– Я… я понял тебя, – Рэй отвел взгляд и развернулся к окну. Спорить было бесполезно. Струйки воды бежали по стеклу, образовывая странную схему пересечений и развилок. Парень не собирался продолжать разговор и следил за молнией, сверкнувшей где-то вдалеке белой лентой. Ибо о чем можно говорить с почти незнакомым тебе человеком, которого ты видишь раз в полгода.

– Нельзя вечно быть одному.

– Я знаю. Я не буду один, – ответил юноша, но на душе появилось гадкое ощущение того, что он только что соврал.

Глава III

Как бы ни хотелось, но Рэй не мог не отметить, насколько у Альберта Врановского хороший вкус. Его поместье отличалось удивительно красивым особняком, в котором царили неторопливые светские беседы, карты до глубокой ночи, дорогой алкоголь и пение прекрасных дам. Холодные бескрайние поля с рыжей травой встречали приезжих задувающим в уши ветром, а слуги – теплыми напитками. Постройки кофейных и кремовых тонов напоминали миниатюрные готические соборы – в общем, все вокруг располагало к себе.

Их с отцом разместили в крыле, предназначенном для родственников невесты. Здесь будут проживать всего каких-то сорок человек – ерунда по сравнению с количеством друзей со стороны жениха.

Отведенная Рэю комната была весьма скромных размеров, как почти все комнаты в старинных жилищах (если это готическое произведение искусства вообще можно назвать жилищем), так как раньше никто не заморачивался с электрической системой отопления: действительно, зачем, если есть камины и алкоголь? Но будет неправдой сказать, что размер комнаты хоть сколько-нибудь расстраивал Рэя. Ссора с Эмили тяготила гораздо больше.

По традиции свадьба праздновалась ровно восемь дней (Рэй был не слишком силен в символических значениях каждого из дней, но про себя решил разобраться с этим получше как-нибудь в будущем), и парень прекрасно понимал, что эти восемь дней нужно провести с пользой. Сразу после отъезда отец планировал заняться профессиональным обучением сына, так что после заселения парень засел за книги. Вообще механика была интересна Рэю не только со стороны инженерии, но и с точки зрения графики и истории, поэтому он с особым трепетом относится к чертежам ученых прошлого.