— Слушайте, вы себе не можете представить, до чего я рад вас видеть! — наивно воскликнул Петр Васильевич.
— И я тоже, — сердечно ответил Дружинин и вдруг грустно улыбнулся: — Так как вы говорите? Шабо, Аккерман, Будаки?.. Страна вашего детства?
— Копченая скумбрия, — прибавил Петр Васильевич печально.
— Вот тебе и копченая скумбрия! — сказал Дружинин.
— Н-да… Покатались на моторной лодке. Погуляли. Ничего себе! Кстати, где же теперь находится ваша прелестная дочурка? Лидочка, кажется?
— Галочка. Я ее отправил самолетом обратно в Харьков, как только все это началось. А где она в данный момент, просто не представляю. Очень беспокоюсь. А ваш Петя?
— Я его тоже успел отправить в Москву.
— Шустрый малый. Одно слово — вице-президент!
И они оба замолчали, задумались…
— Стало быть, уточним обстоятельства, — мягко сказал Дружинин, меняя тему. — Простите, вы член партии?
— Нет, я беспартийный, — сказал Петр Васильевич, почему-то слегка краснея. — Но, я думаю, это не имеет никакого значения?
— Конечно, конечно. Я просто уточняю. Мы сейчас все большевики — партийные и непартийные. Не так ли? Насколько я вас понял, вы командир Красной Армии?
— Да. Командир батареи. Мне полагалась броня, но я…
— Это понятно.
Дружинин замолчал и молчал довольно долго, видимо что-то обдумывая.
— Петр Васильевич, — наконец сказал он, — нас столкнула судьба… вы сами видите, при каких обстоятельствах. Надеюсь, для вас ясно, что я выполняю определенное боевое задание. Вам не надо объяснять какое. Это задание партии и правительства. Государственное задание.
— Нахожусь в полном вашем распоряжении, — сказал Петр Васильевич.
— Я так и думал.
Дружинин протянул руку, и они обменялись быстрым крепким рукопожатием.
Разговаривая, Дружинин продолжал что-то записывать в блокнот.
— Между прочим, — сказал Петр Васильевич, — когда я блуждал по Парку культуры и отдыха имени Шевченко, то наскочил на какую-то тяжелую батарею. Может быть, вам это будет полезно?
— Сколько вы там насчитали орудий? — быстро спросил Дружинин.
— Четыре.
— Калибр?
— По-моему, стосорокапятимиллиметровые.
— Дальнобойные?
— Да, дальнобойные.
— Они их уже установили?
— Они их устанавливали: рыли огневую позицию.
— Фронтом куда? В море?