Фантастический цикл романов "Навь". Компиляция. Книги 1-6: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Это нам и надо. Если сбежит, все его обвинения рассыпятся, особенно, когда выяснят все его махинации, — Ньюмен покрутил в пальцах гравий — точнее, замаскированный под него ретранслятор, брат-близнец тех, что лежали сейчас у входа в дом Паркера.

— Фиксируем все входящие и исходящие, а также весь его траффик.

— Ладно, работайте. Как только будет что-то интересное — сообщите.

— Есть, господин полковник!

В прессе поднялся хай. По поводу двух фирм — бывшей моей и «Наукома», которым владел Паркер. Подняли этот хай через подставных лиц Воронцовы, заинтересованные в приобретении большинства акций обеих фирм. Как только продажные писаки нас не обзывали, а уж акционеры были просто в бешенстве — акции рухнули до состояния мусора, никто их не хотел покупать. Кроме конечно Воронцовых и меня. Повторялась ситуация с МММ в моем мире — только разве что в отличие от билетов с жуликоватой рожей бывшего математика, у нас все-таки что-то было. И интеллектуальная собственность, оцененная материально, но не продающаяся, техника, патенты — все нормально. Та же самая ситуация вышла и с «Наукомом». Так что получая соболезнования со скорбной рожей по поводу столь неудачного приобретения, финансисты Воронцова, смеясь про себя, скупали акции за бесценок. И вдруг, через пару недель, все прекратилось. О скандале как-то забыли, выпущены официальные опровержения, против особо борзых и агрессивных писак были поданы иски, и — вуаля! — обе фирмы внезапно оказались под контролем Воронцовых, с контрольным пакетом в зубах. Теперь уже корпорация начинала долгую информационную войну по восстановлению репутации и возвращению на рынок «Ацтека-Воронцова», но вот акций уже не было в продаже, и дополнительная эмиссия не планировалась. Ну и я конечно тоже с этого много поимел, затарившись акциями по цене мусора, мне теперь принадлежало аж по двадцать пять процентов акций обеих фирм — больше мне не дали приобрести финансисты Воронцова, заявив, что «с меня хватит» — которые медленно, но верно поднимались, куда же им еще деваться.

Все шишки посыпались на Паркера, который бездарно пытался заняться недобросовестной конкуренцией, включая криминальные методы ведения бизнеса. А еще, когда начали раскручивать его дела — там что только не всплыло! Мошенничество, двойная бухгалтерия, рыночные спекуляции… Вот только это была только верхушка айсберга, основание, увы было у Паркера.

А сам Паркер исчез — точнее, он так наивно полагал, что исчез, его вела СБ Воронцова, и это была проблема уже моя. Я конечно не мстительный… особо. А еще, о чем не говорят на бизнес-курсах и прочих коучах, или как там эту порнуху с дебильными клоунами для дебильных хомячков называют — лучший учебник по бизнесу — это «Крестный отец» Пьюзо.

Я вернулся в Лос-Анджелес. Только теперь уже под именем Мартина Гарднера, и поселился в своей новой квартире. Все, Монкур-Тьюринг умер, закончив свой жизненный цикл. Вот только деваться мне было пока некуда — приходилось оставаться в САСШ. В Российскую Империю путь для меня был закрыт, более того, я там числился погибшим официально, как мне сообщили — при несчастном случае, тело не найдено. Не будут же официальные лица раскрывать детали той самой охоты за чертовым божком и результаты оной? Сдох Максим — да и хрен с ним. На родине сейчас шла тайная война, хоть мне многого и не говорили, но папаша не успокоился, и взялся восстановить свой статус-кво. Ну здесь я не помощник, моя задача сейчас — держаться в стороне и не лезть под ноги, гиганты ведь такие, во время своей битвы вниз не смотрят, еще затопчут ненароком…

А еще у меня оставались долги. И мне придется зачищать хвосты. Для начала — координатор покушения на меня, сержант Ортега. И что толку с того, что он на карандаше у ФБР? Это мне не только не на руку, но еще и очень опасно. Потому что когда его возьмут, и он начнет колоться, он обязательно упомянет один эпизод, в котором фигурировал я. При всей бюрократии и лени ФБР, они могут проверить этот эпизод, параллельно выяснив по моей еще детской и плохого качества фотографии, что Монкур и Драбицын-младший один и тот же человек. И если за мной начнется охота, то в плен мне попадать нельзя — для начала будут склонять к сотрудничеству, потом раструбят, что русский диверсант и сын высокопоставленного вельможи подрывал основы демократии, а в конце концов закатают куда-нибудь в Гитмо, где я и сдохну. Нет, такой паровоз не полетит.

Так что пока я действительно навь — неупокоенный дух, который не доделал все свои дела здесь и не может обрести покоя. А чтобы обрести покой, займемся-ка делом.

…Я бродил по свалке, задыхаясь от вони, пробивающейся через респиратор, как будто его и не было на лице. А где прикажете мне раздобыть материалы для самодельной хаттабки, которой я собирался угостить Ортегу? В магазине? Не смешите мои тапочки, они и так дырявые. Это только доморощенные террористы из общества защиты насекомых или феминистических сисек так делают. Нет, только хардкор, из мусора для грязного мусора. Тем более в эпоху полипропилена попробуй найди в магазинах нужные тебе металлические трубы, максимум будут какие-нибудь дизайнерские из «экологически чистой меди» или еще с какими закидонами. А они мне не нужны, мне нужна древняя, во всех смыслах убойная сантехника из чугуния. Можно конечно и проще, но я хотел, чтобы с гарантией, тем более за время служебных командировок я насмотрелся на эти результаты рукоблудия очумелых ручек бывших водопроводчиков.

Так что после пары часов шатания по помойке, кроме приобретения стойкого отвращения к еде в ближайшее время и испачканных об одного очумевшего бомжа резиновых перчаток, я все-таки нашел подходящую мне трубу — похоже привет аж из начала прошлого века, и пару заглушек. Трубу с шутками и прибаутками на тему кровных родственников пришлось пилить на месте купленной в «Воллмарте» ножовкой, потому что два метра грязной ржавой дуры могут вызвать вопросы, тем более, что обрезки такой длины были мне и нафиг не нужны.

Далее я поехал подальше на окраину, на природу, где и занялся рукоделием. Аккумуляторная дрель, клуппы — и через час с небольшим секса с металлом, у меня уже была готова пока пустая хаттабка. Был соблазн начинить ее семтексом из тайника, тем более чешская взрывчатка, не пластид и не С4, ей пользуется весь мир, а этот вариант без химических маркеров и без привязки— но я отбросил эту идею. Ничего не должно указывать на профессионала. Пусть будет творчество огородника из магазина «Все для садовода», к которому склонны все этнические банды. И ни к чему не пристебаться — я выбираю маленькие занюханные магазинчики, а то, что мне надо, продается то там, то сям в небольших количествах. Это если бы я брал мешок или больше, то могли и стукнуть в МВБ или ФБР, обыватель стал пугливый до предела.

Единственной фирменной вещью был детонатор — ну тут тоже концов не найти, я даже не знал, где он выпущен, маркировка была на нем незнакомая.

Теперь оставалось найти самого Ортегу. Ох, и тяжкая эта работа, выслеживать специалиста, имеющего навыки наблюдения и контрнаблюдения! Пару дней я пас хаотически перемещающегося по городу сержанта, но так и не нашел в его поездках системы. Времени следить за ним и вычислять его перемещения у меня не было, тем более пару раз он чуть меня не засек. Оставалось только рискнуть.

Я дождался, пока Ортега отъедет от полицейского участка на достаточное расстояние — не хватало еще роющих носом копов в поисках террориста, взорвавшего околоток, да и другие могли пострадать. Будем урабатывать клиента на ходу, а для этого я только что угнал мотоцикл. Пристроившись за машиной Ортеги, дождался, пока он не остановится на светофоре и рядом не будет других машин, мне побочки не нужны. Как только машина Ортеги остановилась, я газанул, подлетев к дверце, и бросил сверток ему на крышу, как раз над водительским сиденьем. Кто сказал, что омагничиватель для воды для упоротых садомазоводов не прилипает насмерть к крыше, да и к любому другому железу? Еще как прилипает, не оторвешь. Я нагло проехал на запрещающий сигнал светофора, и нажал на кнопку мобильника, примотанного скотчем к рулю. Эх, хорошо жахнуло! Меня догнала тугая волна взрыва, которую я почувствовал всем телом, а грохот больно дал по ушам. Я видел в зеркало заднего обзора, как на месте машины Ортеги возник огненный шар, а затем облако дыма. А потом, сверху пролился стеклянный дождь из выбитых ударной волной стекол.

Дальше пойдет суматоха, всем некоторое время будет не до меня. А теперь быстрей, по газам, в один из криминальных районов неподалеку. Там железного коня с ключами в замке угонят быстрее, чем скажешь «мама». А через пару часов от него и винтика не останется, на запчасти разберут. Все, один вопрос я решил, время заняться следующими.

Глава 11

…Горячий южный ветер мел по импровизированной рулежке грунтового аэродрома красную земляную пыль.

— Вылезайте, сеньор! — усатый мексиканец открыл грязную дверь видавшего виды фордовского грузовичка.

Паркер вылез из машины, морщась от полуденного солнца, которое нестерпимо светило даже сквозь темные солнечные очки.

— Это здесь?

— Да, сеньор!

Паркер сунул ему ранее отсчитанную пачку бумажек с зеленой спинкой, и повернулся к самолету. Видавшая виды «Сессна», такой же степени ушатанности, как и грузовичок, на котором они сюда приехали, стояла с выключенным мотором. Обычный аэромул, на котором картели время от времени возят свой товар через границу туда и обратно, маленький, почти незаметный для радаров, способный лететь медленно и невысоко.

Сзади раздался рев мотора. Паркер обернулся. Старый пикап, выпустив струю дыма, рванул так, как будто за ним гнались черти, поднимая за собой пыльную завесу. Да и черт с ним, обратного пути все равно уже нет.

Паркер рванул из ЭлЭй налегке, взяв с собой только кейс, набитый самым необходимым для обустройства в новой жизни. Из всех вариантов отхода он выбрал шапочных знакомых из наркомафии, с которыми его свели нужные люди, те через «Кокейн Эйр», как они скалясь называли себя, занимались перевозками туда-обратно. В САСШ шел естественно высококачественный кокс, иногда оружие, и очень редко люди, а обратно — наличка и тоже люди, тоже редко и только когда самолеты были недогружены или этого требовал бизнес. Ну если учесть, сколько Паркер заплатил за эвакуацию по этому каналу, можно было сказать, что он сам по весу из золота. А если еще учесть, что две недели он отсиживался в такой грязной дыре, ожидая самолета, который унесет его отсда подальше… Моральный ущерб был сопоставим с материальным.

Когда прижало и на свет божий выплыли дела, которые он когда-то творил, Паркер решил сменить место обитания на более полезное для здоровья, чем федеральная тюрьма. Ничего, на свете много еще мест, где можно счастливо жить до старости и на сумму, меньшую чем на его счетах. Конечно на собственный остров в океане и огромную виллу на нем не хватит, но на приличное бунгало, длинноногих девушек и коктейли — с избытком. Море, солнце, пляжи… Только выбраться отсюда и потом уже из Мексики туда, где нет экстрадиции. Паркер аж зажмурился на мгновение, чтобы сменить этот депрессивный вид голой пустыни на будущий рай. И никаких больше компьютеров! Он заработал себе право на достойный отдых. Ну а если надоест заниматься этим — всегда можно организовать что-то свое, более подходящее по месту и для души. И когда-нибудь разобраться с корпорацией «Воронтсофф». Жаль, что мистер Тьюринг подох, а то бы он с удовольствием с ним рассчитался… может быть.

Паркер подошел к самолету, взялся за ручку двери…

— Эй, открывайте! — крикнул он пилоту в темных очках в пол-лица и крепко натянутой бейсболке. Тот потянулся к двери, Паркер взялся за ручку, и… полетел в пыль, сбитый наземь дверцей.

— Ку-ку, — вылезший из кабины пилот, посмотрев, как Паркер на локтях пытается подняться из пыли, снял очки, насмешливо посмотрев на него.