Я бросил взгляд на полупрозрачную карту, смещенную в угол тактического интерфейса. Ага. Близко уже, еще немного и на месте. Так, что там твари? Кучкуются, блин. Ладно… Успеем! Судя по карте, вход в форт уже за этим поворотом. Еще немного принажать, и…
— Свои! — выкрикнул я, выворачивая из-за угла. Вовремя. Сэм уже раскручивать свою адскую машину начал.
— В бога-душу-сердце-мать! — выдохнул пулеметчик. — Командир, ты бы хоть заранее опознался! Я ж тебя чуть не пристрелил!
— В таксеть смотреть надо, — огрызнулся я.
— Смотрел бы, если б было куда! — проворчал тот. — Висит сеть, помехи шпарят!
Усилок сорвало!
Еще перед выходом Браун раздал нам передатчики с встроенными усилителями и внешними антеннами. В условиях постоянных помех только они позволяли худо-бедно оставаться на связи. Без усилителя осталась лишь Скайлер, костюм которой не был подключен к нейроинтерфейсу по понятным причинам. Чтобы разобраться с блокировкой, поставленной Вихо, следовало привлечь к работе хорошего системного инженера, вроде Накамуры. Но на это времени не было. Как и желания у самой Скайлер. Ну да ладно. А этот румяный здоровяк где свой гаджет потерял?
— Вот! — Сэм показал ладонь, на которой лежал шип Стража. — Повезло, не попал. Зато подсумок с усилком — как срезало.
— Ясно, — я кивнул, и вдруг до меня дошло.
— Постой, Сэм. Что ты сказал?
— Подсумок, говорю, срезало, — недоумевающе повторил громила.
— Нет, когда я только появился. Что-то там про бога, душу и сердце…
— Ну так это… — пулеметчик замялся. — Я ж просто испугался, что в тебя шмальнуть мог… Не со зла.
— Ты не понял, — покачал головой я. — На каком языке ты это сказал?
— В смысле «на каком»? На русском. Я все время на нем говорю. Других не знаю. Ну, почти. Я говорю, бухтелка переводит. А че?
М-да уж. За внимание и наблюдательность мне можно ставить твердую пятерку, ага. Ведь несколько раз уже слышал от Сэма русские идиомы, когда он рядом был, а не в комлинк говорил — а внимания не обращал. Хорошо, я в десант пошел, а не в разведку, там, полагаю, такие долго не живут.
— Ну, то есть ты у нас русский, получается? — тоже переходя на родную речь, поинтересовался я.
— Ну да. Русский. Семеном звать. С Нового Китежа я. А че? Проблемы какие?
Кажется, Семен тоже не особо отличался умом и сообразительностью, ибо до него доходило еще дольше, чем до меня. Наконец, осознав сказанное мной, он вдруг расплылся в улыбке.
— Это че, ты тоже? Из наших, что ли? Тоже с Китежа?
— Не, не с Китежа, — я усмехнулся. — С другой планеты. Но из ваших.
Земеля, блин. Что ж, это многое объясняет.
Я усмехнулся, и повернулся к остальным.
— Ну, что у нас тут? — и, уже договаривая, понял, что ответ мне не понравится.
— Да ничего хорошего, — голос Руада звучал на редкость мрачно. — Жопа у нас тут.
Твою мать! Ну что на этот раз, а?
В принципе, «что там еще» было видно невооруженным глазом. В отличие от шлюза Западного форта, шлюз Южного не уцелел. Стена была разворочена полностью, дверь отсутствовала, а вместо турелей на полу валялись перекрученные, оплавленные кислотой железки. И, что хуже всего, примерно так же выглядела дверь, ведущая в форт. Нет, понятно, что толстенная сталь с массивными стержнями, уходящими в бетон на метровую глубину, может выдержать и не такое, вот только вся электроника на ней приказала долго жить. И кодовый замок, и переговорное устройство… Камеры в шлюзе тоже вряд ли уцелели. А это означало одно: с Южным фортом у нас связи нет. В такую дверь можно долбиться до посинения, все равно никто не услышит. А вскрыть ее отсюда не представляется возможным. Проклятье! Это мы тут заперты, получается?
— Накамура! Ты можешь с этим что-нибудь сделать?
— Сложно сказать, — японец пожал плечами, продолжая копаться с решеткой коллектора у стены. — Кода для замка у меня нет. Взламывать — займет слишком много времени, при условии, что там еще есть питание. Я нашел последний обрыв. На щитке. Здесь все в кашу, но я могу восстановить, только время потребуется. Меньше, чем на взлом. Наши увидят, что связь восстановилась, свяжутся с фортом. Те откроют. Наверное.
— Так себе план, — поморщился я. — Но другого, насколько понимаю, у нас нет.