— Ты разыгрываешь меня, да? — сказала она. — Это шутка за то, что я не пришла на тест по истории!
— Это не шутка, — ответила я ужасно серьезным тоном. — Как думаешь, что мне делать?
Мэй села прямее на кровати.
— Тебе нужно рассказать полиции.
Я опешила.
— Думаешь, они мне поверят?
— Наверное, нет, — Мэй тряхнула головой. — Точно не всему. Я бы оставила часть про прошлую жизнь при себе.
— Ты мне веришь? — спросила я, ощущая отчаяние в груди. Было страшно потерять хватку на реальности.
Мэй поджала губы, обдумывая ответ, и сказала:
— Думаю, Дамиен охотится за тобой, и тот Феникс спас тебя в парке и этим утром. Но я не знаю насчет историй о прошлых жизнях. Тебя обокрали, потом похитили. Это серьезно давит на голову. Тебе могли показаться те вспышки прошлого?
— Нет. Они ощущались как воспоминания, — возразила я. — Целые и полные. Я видела, ощущала запахи и вкусы, даже эмоции того момента. Я не могла вообразить такое, и это не были сны. Они были настоящими, как наш разговор сейчас!
— Но ты сказала, что Феникс мог что-то добавить в твою воду. Может, так и было? — напомнила Мэй.
Я вздохнула и пожала плечами.
— Не знаю, честное слово… Даже если он это сделал, это не объясняет все вспышки прошлого у меня.
Мэй снова притихла, задумалась. А потом сказала:
— Некоторые религии ведь верят в перерождение? Уверена, Приша говорила как-то об этом. Может, в этом что-то есть.
— Так я не безумна? — робко спросила я.
Мэй тепло улыбнулась мне.
— Нет, уверена, ты не безумна. Но твой ангел-хранитель может быть чокнутым. С его разговорами о «Воплощенных» и «защите твоей души» он звучит как псих… хоть он и смелый и, судя по твоим словам, красивый!
Она рассмеялась, я тоже, и мне стало спокойнее, мои инстинкты в бункере подтвердились. Но сердце пропустило удар от мысли о Фениксе, и глубоко внутри было желание снова увидеть его. Я попыталась подавить импульс.
— Так что делать, если Феникс снова найдет меня? — спросила я.
— Ты ощущаешь от него угрозу? — спросила осторожно Мэй.
— Наоборот, — призналась я. — Я ощущаю себя в безопасности. Это меня и пугает. Я его почти не знаю, так почему ощущаю такое?
— Это нормально. Он тебя защитил, — объяснила Мэй, а потом помрачнела. — Если честно, я больше переживала бы, что Дамиен снова тебя найдет. Он — настоящая угроза…
Нам помешал стук в дверь, и мама заглянула. Я хотела сказать ей, что говорила с Мэй, но заметила ее мрачное лицо.
— К тебе пришла полиция.
12
— Это ваши рюкзак и телефон? — спросила детектив, подняв прозрачный мешок с рюкзаком с цветочным узором и смартфон в блестящем чехле. Ее выражение лица было строгим, но не враждебным, серые глаза были проницательными и внимательными за темными очками, ее угольно-черные волосы были собраны в пучок. Она преставилась как детектив Катерина Шоу из службы столичной полиции, но она была в синем костюме и белой блузке, а не стандартной форме полиции.
— Да, — ответила я и потянулась за своими вещами. Но она не отдала их, а передала своему товарищу, полицейскому средних лет в форме. Он был толстым, с аккуратной бородой, выглядел как телохранитель, а не полицейский.
— Мы хотели бы оставить это как улики, если вы не против, — объяснила детектив Шоу, ее напряженный тон указывал, что это было утверждение, а не просьба.