Я улыбнулась и пусть улыбка вышла немного грустной и натянутой, но от нее мне стало немного легче.
— Мы во всем разберемся, — заговорщицки прошептала я, подмигивая левым глазом.
Любопытство, щедро сдобренное нетерпением, жгло изнутри. Это была загадка и вызов.
— Кстати, раз мы у источника, может, осмотрим место происшествия?
— Что вы собрались осматривать, номер пять? — раздалось так громко и неожиданно, что я подпрыгнула.
Все взгляды скрестились на нас с Фокси. Застонала, мысленно коря себя за беспечность. Что еще успел услышать магистр Ироам? И как теперь быть?
— Место, где хранился амулет искажений, — медленно, чуть растягивая слова, ответила я на заданный вопрос.
— И вы знаете, где оно? — вкрадчиво поинтересовался магистр, заглядывая мне в глаза.
Осмотрелась. Пытаясь приметить, хоть что-то выдающее это самое место, но никаких следов не обнаружила. Только в одном месте за спиной ректора виднелся краешек зеркала. Мой взгляд зацепился за этот уголок, отмечая, что чего-то не хватает. Нет, все было почти, как и вчера, пусть я и бросила беглый взгляд, но подмечать мелочи было нашей с отцом любимой игрой. Каждый раз, когда мы шли гулять, он ошарашивал меня вопросами: какого цвета машина проехала слева, брюнет или блондин прошел справа, что лежало на пятом столике кафе, мимо которого мы прошли. И я с удовольствием отвечала, а он дополнял упущенные мной мелочи, пока я не стала запоминать больше.
Видимо мой взгляд задержался сильно долго на этом самом месте, потому что следующим я услышала ошеломительное:
— Ректор, у нас есть первый подозреваемый. Номер пять, следуйте за мной.
Глава 21
Безотчетно, я потянулась к тому, в ком всегда искала поддержку. Усиленное страхом беспокойство сделало свое дело, и я достучалась.
«Белочка?» — и столько удивления было в этом самом отклике Трея, что я немного опешила.
«С тобой все в порядке? — поинтересовалась, выделяя проскальзывающую в тоне брата запыханность, так словно я позвонила в неурочный час посреди тренировки или пылкого свидания. — Я тебя не отвлекаю?»
Меня ошпарило его эмоциями: досада, гнев, раздражение, тревога, злость. Мое желание пообщаться настолько несвоевременно, что вызывает столько недовольства? Ощущение одиночества вмиг затопило сердце и схлынуло, стоило услышать ответ:
«Разве, что совсем чуть-чуть».
А перед глазами возникает четкая картинка: Трей отражает атаку какой-то невиданной мной раньше огромной твари. Задевает, всаживая меч по рукоять между защитными пластинами. Довольный собой и ослепленный успехом он не видит, как ранее отсеченная конечность этой самой твари тянется к нему со спины.
«Сзади!» — ору я, не надеясь, что он услышит, поймет и правильно среагирует. Но отточенные годами инстинкты срабатывают безотказно, и как в замедленной съемке я вижу стремительный разворот Трея вокруг своей оси, поднятую вверх руку в защитном жесте и отблеск вытащенного из сапога кинжала. Секунда… И заговоренное оружие отражает атаку, не оставляя твари шансов.
«Спасибо, сестренка», — благодарит брат, одаривая меня белозубой улыбкой.
Улыбаюсь в ответ:
«Обращайся».
Струйка моей силы тянется к нему, вливается, насыщая. Я вдруг понимаю, что магический резерв Трея пуст, и моя магия стремится восполнить этот дисбаланс, так словно мы два сосуда соединенные между собой и ни один из нас не может оставаться пустым, если другой полон.
«Будь осторожен», — прошу я, разрывая связь.
Не хочу вешать на сражающегося брата мои проблемы. У него и своих монстров хватает. А это мой бой, и я сама со всем справлюсь и разберусь.
Миновав еще один небольшой коридор, замешкалась перед открытой дверью. Беззастенчиво пожав плечами, широко улыбнулась в ответ на задумчиво-проницательный взгляд застывшего возле двери магистра Ироама. Натянув маску невозмутимости на лицо, переступила через порог.
Кольцо правды действительно оказалось кольцом, ничем не примечательным, немного похожим на выбитую в каменном полу посредине огромной залы пентаграмму. Метра полтора в диаметре не больше.
Стоило мне шагнуть в него, как я оказалась зажата в тиски силы. Ни боли, ни какого-то особого дискомфорта я не ощущала. Зато было ощущение лифта, уносящегося вверх, когда силой созданного этим движением ветра тебя вжимает в поручни. И ты понимаешь, что вроде бы на тебя ничего не давит, но преодолеть эту невидимую преграду будет невозможно.
— Ваше имя, номер пять? — звучит первый вопрос.
И я теряюсь. Во-первых, я не вижу спрашивавшего. Во-вторых, это довольно неожиданно. А в-третьих… Какое из имен они имеют в виду? У меня их так много и все мои. Изабелла Фетисова? Имя, данное мне отцом в другом мире, пусть оно и не истинное, но все же мое — я никогда не откажусь от него. Ибьяндора арх СКайдемантл — истинное имя данное мне родителями еще до рождения? Но оно непривычно мне и незнакомо, хотя и от него я отказаться не могу. Трей объяснял мне, но я так до конца и не разобралась, как можно назвать того, кого еще нет и почему посвящать кого-то в тайны этого имени опасно. Изигардом арх СКайдемантл? Изьябелиндора арх Фетис? Или Изигард Шиэллос — имя, под которым я числюсь в академии? Все мои. Так какое назвать?