— А в чем причина была соревнования?
— У нас в классе одна девочка училась, которая неплохо язык знала. А мы перед ней выделывались, — ответил Кеша. — Девчонку потом в гимназию перевели, а мы какое-то время подружек соблазняли, шепча на ушко красивые слова.
— И получалось?
— Да. Все женщины одинаковы, независимо от возраста, — ответил Кеша. — Я могу и тебе на ушко пошептать. Соблазню тебя.
— А меня надо соблазнять? — спросила я. — Вроде уже соблазнилась.
— Сегодня соблазнилась, а завтра решишь, что все это ошибка. Надо постоянно напоминать, что это не так. Ошибки не было.
Зазвонил телефон. Кеша сел. Потянулся за телефоном. Я лишь отметила, что его взгляд потух. В нем исчезли огоньки, которые были, когда мы разговорили про французский язык. Разговор был короткий. Односложный. Я ушла на кухню, чтоб не слышать о чем он разговаривал. Когда же я вернулась, то Кешка стоял около открытого окна и курил.
— Плохой разговор?
— Мать звонила. В упрек мне поставила, что вместо меня сейчас с ней Алик.
— Хочешь к ней поехать?
— Нет. Я Алику рожу начищу, если увижу. А он меня может закрыть за это. Не дождется. Меня закроет, а сам к тебе подкатит.
— Ты говорил, что у него суд будет.
— Будет. Но можно же успеть заручиться твоей поддержкой. Вдруг ты его пожалеешь и будешь носить передачки, — ответил Кеша.
— Жалеть я его не буду.
— Серьезно? — спросил Кеша. Он посмотрел на меня. Я пожала плечами. Пусть думает, что хочет. Я доказывать ничего не собиралась. — Иди сюда.
— Не хочу.
— Обиделась?
— Нет. Но я не буду признаваться тебе в любви.
— Почему?
— Потому что не буду. Все эти слова — это глупость. Сегодня их скажешь, а завтра сделаешь иначе. В обход слов.
Я растерялась. Запуталась в своих же словах. Решила расстелить кровать. Кешка затушил сигарету. Подошел ко мне. Начал помогать.
— В чем-то твоя мама права. Ты ей сейчас нужен, — сказала я.
— Она у Лени. Это выше моих сил, — ответил Кеша. — Я ей предлагал сюда приехать.
— Отказалась?
— Считает, что зачем ехать на съемную, когда есть возможность поехать в свою квартиру. У нее есть дом и есть семья. Пусть новая, но… Они ее поддерживают и помогают. Ей эта поддержка нужнее, чем моя.
— Она забыла о конфликте.
— Нет. Считает, что пора зарывать топор войны. Но я не могу.
— У тебя и не получится, — ответила я. — Пойду детей проверю.
— Вер.
— Что?