Химера. Последний поход (СИ): читать начало книги онлайн

— Меня разбудил голод, но мне тепло, дяденька. — тихо прошептала девченка.

— Потерпеть нужно немного, скоро каша сготовится. Как тебя звать-величать?

— Вероника Лебедева. А сельчане Верой Подкидышем называют. А кто эта тетя, что одета, как барыня, а сопит, как свинка в полуденницу?

— Забава ее имя. А что за прозвище такое? За что же тебя так кличут?

— Папка на заработки уехал, через месяц после смерти маменьки, а меня своему брату на постой оставил. Дал деньгу и наказ, чтобы не обижали. Дядька добрый был, принял меня в семью и воспитывал на равных. Говорил, где пятеро, там и шестеро. Но когда зло пришло, он детишек при себе держал, а меня в погреб спрятал. Дядь, может сырую поедим кашу?

Наш разговор прервал скрип ступеней на крыльце. Я знаком дал понять, чтобы Вероника молчала, а сам, перехватив меч, пошел к входной двери. В зазоре проема блеснуло лезвие ножа, кто-то с другой стороны пытался поддеть засов. Взглянув Даром, увидел двух человек, что стояли у двери, а со стороны калитки крался золотой огонь брата Сета. Дождавшись, когда лезвие поднимет засов, резко ударил ногой в дверь. Тяжелая воротина столкнулась с головой ночного гостя, от того он кубарем полетел с лестницы, а второй зло выругался и потянул за ручку, распахивая настежь. Я коротким ударом кольнул в грудь мечом оставшегося на ногах, супостат застонал от боли и выронил топор, не теряя времени, Я потянул за ручку на себя. Засов повесить уже не успевал, потому вложил в стремена меч.

— Ах ты ж сука. Он меня подрезал. Вершок давай подпалем хату.

— А спать ты где собрался? Да и баба там, Я видел. Ломай топором ставни, тут оконце было разбито, прошлый раз подметил.

За дверью раздался короткий свист, а потом грохот тела. Тот час вынул меч и открыл дверь. На улице успел рассмотреть обезглавленное тело подранка и борьбу Брата Сета со вторым лиходеем за топор. Сделав быстрые шаги вперед, прижал лезвие меча к шее противника. Тот сразу расслабил хватку, отпустив топор, и поднял руки

— Не губите, искали место для ночлега, а тут один единый дом с дымящей трубой, вот и попутали нас навьи на грех.

— Сказывается мне, что колодец сельчанами вы в паре с подельником наполняли. Скажешь правду, отпущу за ворота. Солжешь хоть в слове, голова с плеч.

— Я…я не могу… — после этих слов пленник резко дернул головой, разрывая шею об приставленное лезвие меча. Брат Сет поморщился и от души приложил топором, разбивая голову врагу.

— Пошли жрать… За оборону хвалю, правильно все сделал. — старик вытер топор об тело и направился в дом.

— А этих прям тут бросим? — изумился Я.

— Можешь к колодцу оттащить, завтра еще раз убьем.

Глава 3. Найденыш

— Пригорела немного, но есть можно. — сняв пробу с чугунка, изрек Сет. — Поскольку посуды не найдем без потравы, едим с одного стола. — затем обратился к девчонке. — Малышка, а где твоя ложка?

— Я не нашла. — смущенно произнесла девчушка.

— Что же, возьми мою, а в городище тебе обновку присмотрим. И привыкай. У тебя должна быть своя ложка и чашка. — протягивая весло, с улыбкой проговорил Старший Брат, и после его слов Я поперхнулся.

— Брат Сет, ты решил ее с собой до городища взять?

— Так наша служба такова, сиротам приют, кров и любовь дарить. А у тебя какие мысли были? Тут ее оставить или бросить в ближайшем городе случайному человеку? А ты можешь доверять незнакомцу-южанину после того, как лучше их узнал, их желания и мотивы? Конечно Даром ты можешь прознать их посылы, но через пару месяцев, когда зима придёт, а с ней холода, голод и смерти, как поменяется отношение к подкидышу? Не смотря на наши суровые будни и невзгоды, в яслях или приемной семье она будет родной, как бы не изменился Мир. — твёрдо решил Ветеран.

Пока мы перекидывались планами на завтра, Забава и девчушка совсем сомлели от горячей печки. Я надел куртку, освободив место для ночлега и на руках отнес на полати. Сразу вспомнилась сестричка. Сколько раз Я в тайне от родителей выносил ее укутанную под небо, когда идет снег или дождь. Больше всего она любила солнце, но то было в редкость. Воспоминания горько укололи сердце. Как она там? Жива ли?

— Надо решить, кто ляжет на печи. Рассуди сам. — поставил меня под неудобный выбор Брат.

— Тут все сложно и просто. на печи место лишь для одного взрослого. Я не могу, так как решаю эту задачу. Остаешься ты и Забава. Крепкий сон на печи поможет унять твою ногу и набраться сил. А ты наш единственный воин. Правило требует в первую очередь помочь воям, а во вторую всем нуждающимся. Но, ежели Дева будет нас тормозить на нашем пути, то это плохо скажется на результате. Ежели она будет на печи, то мы сможем по очереди нести дозор, да и привычны мы для холода. Потому, дабы не нарушать правило и не ставить под удар долг слова. А Мы его дали, что доведем Княжну до града, предлагаю отправить на печь Деву.

— Ход рассуждений мне ясен, по правилу ты должен уступить место мне. Но позабыл еще кое-что. Я не могу возлечь с Вероникой, так как она мала возрастом и Я не являюсь ее родичем или опекуном. Так что вопрос решён. Второй выбор. На столе или сундуке меня приютишь?

****

— Вставай крестник. Нужно согреть избу и прибратся во дворе. Заодно проверим остались ли твари в селении. — растолкал меня Старший Брат. Находясь еще во власти сна, с трудом разлепил глаза. Что же, время отдать дань дому, что приютил нас, дал защиту от непогоды, тепло и стол. Потянувшись на сундуке, зевнул сладко и резко соскочил на пол. Быстро раздул угли, обложил их щепкой да подложил дрова. Выйдя на улицу зажмурился с непривычки. Вчерашняя метель покрыла землю белым ковром и слепила не хуже солнца. На скорую растер лицо снегом, отгоняя сон и придавая себе ясность мысли и бодрость духа. Прошептав молитву в благодарность за подаренное утро, поспешил на помощь Брату. Тот стоял над телами вчерашних лиходеев.

— Смотри внимательно. Слуги темных богов, веря в свою исключительность, всегда наносят на свои тела отметки. На кистях одного нанесены раны так, чтобы получился треугольник, острием вниз. У наших братьев треугольник вершиной вверх, а в нем глаз. Но вернемся к телу, шрамы белёсые, от того что старые. Это есть кровник. Тот, кого отдали в услужение в детстве или вообще в младенчестве за услугу. Второй имеет на груди серп Мары. Это жнец ее, значит добровольно пошел под длань приспешников богини смерти, зимы и справедливости. Да-да, сынок, справедливости. По местным поверьям, Мара уравнивает всех, и богатых и бедных, сильных и слабых, лиходеев и праведников. Нас же ждет в свои обьятья Мать-Земля или призывает в свои чертоги Отец-Небо. Потому Дев и поборников Церкви мы упокаиваем в могилы, а воев и братьев Храма тризной, вместе с дымом от погребального костра отправляем ввысь. Второе, смотрим на внешний вид и оружие, эти знания нам откроют многое. Одежда простая, но добротная. Снятая не с тела, а купленная или сшитая на заказ. Потому ищи клеймо мастера кожевника или стряпчего по пошиву на куртке и сапогах. Так мы узнаем откуда эти ребята взялись, где харчевались или жили.

— Тавро на ручке ножа вижу. Такое же на голенище сапога. — осмотрев тела, нашел искомое.

— Это плохая новость. Тот знак, что ты увидел на ноже, означает одно, мастера- Велеса Люди, но не берендеи, слишком тонкая работа для них. Значит искать придется долго. Срежь клеймо с сапога, а нож Я себе приберу. Теперь перейдем к оружию. Вот два топора, расскажи про них.