— Вэй Ин, отнесись к процессу серьёзно, пожалуйста.
— Да ладно тебе, Цзян Чэн! Что толку в каком-то особенном имени? — надул губы несносный юнец и уткнулся носом ей в шею. — Пойдём лучше на озеро собирать лотосы.
— А-Чэн прав, А-Сянь, — кажется, впервые за всё время пребывания Вэй Усяня и самой Варвары в Пристани Лотоса Цзян Фэнмянь посмотрел на воспитанника неодобрительно и поддержал позицию родного сына. — Меч должен служить тебе верой и правдой всю твою жизнь, разве ему понравится такое безразличие со стороны хозяина?
Пафосная фраза главы ордена темноволосого юношу явно не впечатлила, но мелькнувшее в варварином серо-лиловом взгляде разочарование моментально выбило воздух из лёгких похлеще пинка под рёбра, так что Вэй Усянь, поворчав для вида ещё пару минут, запустил пятерню в густые волосы и покорно кивнул.
— Ладно, я понял, — и замер, на мгновение прикрыв глаза. — Тогда пусть будет Лэйбао.
Отец громко поперхнулся воздухом и прожёг нечитаемым взглядом сначала почему-то Варвару, а потом и старшего воспитанника.
— Ты уверен, А-Сянь? — медленно переспросил мужчина — если говорить начистоту, Варвара и сама слегка удивилась. — «Гроза»? Я думаю, это не слишком подходящее название для духовного клинка.
Вэй Усянь с досадой цокнул языком и, отлепившись от неё, гордо отвернулся.
— Вы двое определились бы для начала, чего от меня хотите, — нервно бросил мальчишка. — Нет имени — плохо, придумал имя — снова не то, орден противоречий какой-то! — обиженно фыркнул он, нарочито небрежно махнув рукой в сторону главы Цзян. — Решай сам, дядя, я уже всё сказал! — и, виртуозно изображая оскорблённую невинность, отошёл в сторону на пару шагов.
Варвара дёрнулась следом, ухватив двумя пальцами тонкое запястье.
— Ты ведёшь себя неприлично, — пожурила она без единого намёка на строгость в голосе и повернулась к застывшему изваянием мужчине:
— Прошу прощения за его недостойное поведение, отец, — и, не обратив внимания на возмущённое сопение Вэй Усяня, пояснила, — полагаю, я порядком надоел Вэй Ину в последние дни с нудными лекциями о подборе подходящего имени для клинка, и он, в конце концов, вспылил.
— Всё хорошо, А-Чэн, — Цзян Фэнмянь даже не удостоил её ответным взглядом. — Я учту оба ваших пожелания.
Варваре вдруг захотелось схватить мужчину за грудки и смачно встряхнуть со всей силой, на которую было в данный момент способно её тело, но она быстро погасила этот дурной порыв и лишь равнодушно хмыкнула.
— Благодарю, глава ордена.
Притихший Вэй Усянь едва ощутимо потянул её за палец.
— Цзян Чэн, так мы пойдём на озеро?
Варвара заторможенно кивнула — ей не помешало бы подышать свежим воздухом и проветрить гудящую голову.
***
Поздним вечером, когда серповидный месяц уже налился насыщенной молочной белизной, Варвару неожиданно вызвала к себе госпожа Юй.
Варвара как раз корпела над традиционной письменностью, выводя тонкой кистью заковыристые иероглифы на холсте, а бессовестный Вэй Усянь нагло дрых на её кровати и даже ухом не повёл, когда в дверь настойчиво постучала одна из вечных спутниц матушки.
— Молодой наследник, госпожа желает Вас видеть, — безразлично сообщила женщина и отступила на пару шагов, кивком головы приглашая Варвару следовать за ней.
Варвара нехотя оторвалась от своего занятия, потянулась, как кошка, в попытке хоть немного размять плечи и ловким слитным движением поднялась на ноги — силовые тренировки меняли это тело в лучшую сторону, и Варвара, в прошлом никогда не дружившая со спортом, не могла нарадоваться своей нынешней физической форме.
— Хорошо, идём.
Вэй Усянь недовольно пошевелился во сне, но глаза не открыл, и Варвара со спокойной совестью покинула свою обитель.
Госпожа Юй чинно восседала на расписной циновке с пиалой тёплого жасминового чая в руках и недовольно хмурила брови — впрочем, как и всегда. Варвара удостоилась приглашающего взмаха ладонью и осторожно присела напротив матушки, бережно разгладив складки ночного одеяния.
— Вы звали меня? — Варвара прищурилась, внимательно отслеживая любые эмоциональные колебания на лице своей собеседницы, и чуть пригубила отвар из собственной чашки. — Что-то случилось, матушка?
Юй Цзыюань тяжело и как-то надломленно вздохнула, словно мечтала в данный момент оказаться на другом конце земли, и непривычно мягко посмотрела на сына.
— Ничего особенного не случилось, А-Чэн. Я хотела сообщить тебе важную новость лично.
Варвара заволновалась — уровень секретности, который зачем-то решила соблюсти матушка, вызывал смутные опасения — уж не невесту ли она своему ребёнку подыскала под шумок? Цзян Яньли была помолвлена с самого рождения, и Варвара, искренне жалея сестрицу, удивлялась про себя, каким чудом смог такой же участи избежать Цзян Чэн. Видимо, у матушки просто не было других подруг, кроме госпожи Цзинь (и слава мирозданию!).