Призрачный свет: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

И третий вариант… Асана подошла к столу принимающих дядечек. Молча протянула свою ладонь. Те недоумевающе уставились на неё. Обычная ладошка, чуть сжата в горсть. И лёгкий язычок огня, что почти незаметно возник над ней…

Дяденьки изумились и заволновались было, но огонь на ладошке так и остался слабеньким подобием силы.

Сильные маги огня довольно редки. Хотя вот именно такой слабенький дар встречался почаще. Просто есть такой нюанс в магии — любой другой дар можно развить и стать благодаря ему сильнее. И только с огнем так не получалось. Сколько огня маг получил при рождении, больше его дар не станет, не смотря ни на какие тренировки. Поэтому дар хоть и хорош, но не настолько, чтобы ахать от восторга и бежать к ректору с новостью о самородке. Даже строгая тетенька, и та лишь скосила свои глаза на миг, зафиксировала высоту и яркость пламени, и отвернулась обратно. Ничего особенного.

Третья часть тоже оказалась письменной. Здесь проверялся общий уровень образованности и эрудиции. Асана два часа заполняла пять листов с заданиями. Где-то нужно было решить пример. Где-то кратко описать какое-либо природное явление. Также проверялся уровень знания географии и разных языков.

Будущие студенты по очереди выходили к дядечкам со своими заданиями. Асана как-то все время оказывалась последней. То ли она так медленно думала, то ли это парни оказались быстрыми. Да и вторая девушка легко и невесомо продемонстрировала своё умение летать в составе других своих магических умений. Ну, левитация довольно сложна, вздохнула Асана, глянув на неё на миг. До Академии мало кто ей владел из молодых магов. Асана тоже мечтала научиться.

Девушка сдала своё письменное задание и вернулась обратно за парту. Надо подождать немного, экзаменаторы тут же все проверяли, за пологом тишины, и совещались так же.

Итак, их вердикт — принята, дверь для студентов вон там. Асана поблагодарила и вышла из аудитории.

За дверью оказался длинный просторный коридор с ровными рядами скамеек.

И последние принятые студенты. Уже студенты! Оба парня и девушка. Парни оживленно разговаривали на незнакомом языке, прислонившись к стене, видно, насиделись на экзамене. Асана прислушалась. Атмерский язык, древний и редкий. На нем разговаривают только малочисленные представители уцелевшего в древних войнах маленького княжества, да стукнутые на голову любознательные книжники. Практического применения язык не имеет, ценность представляет только для жителей княжества. Девушка же чинно сидела на скамье и читала потрепанный томик. Вроде стихи. Асана тоже прислонилась к стене, очень уж устала за день, да и понервничала тоже достаточно. Сидеть не хотелось, хотелось лежать.

Потекли минуты ожидания… Асана лениво и бездумно поразглядывала симпатичных парней, потом перевела взгляд на девушку. Платье простое, дорожное, но очень элегантное и достаточно дорогое. Бросив взгляд на раскрытые страницы ее книги, Асана в первое мгновение не поняла, что она прочитала в первых строчках, а поняв, оцепенела и подобралась внутренне. Вот тебе и хрупкая девушка, вот тебе и цветочек. Надо взять на заметку это невесомое создание. С теми, кто легко и непринужденно читает Кодекс Парвитара как стихи, нужно держать себя очень и очень вежливо и воспитанно. И как можно дальше от них.

Ждали ребята недолго. Через пять минут прямо в стене открылся проход, и через него вышел довольный радостный парень, похоже, старшекурсник. В руках он держал свиток, куда немедленно записал новых студентов, тут же с ними познакомившись. Затем пригласил следовать за ним, на расселение, и одновременно под роспись поочередно выдал на руки каждому студенту магический свиток — карту Академии с одной стороны, расписание занятий на всю неделю с другой стороны. Свиток был зачарован, и постоянно менялся и дополнялся.

Парни с готовностью знакомились с новым провожатым, выясняли подробности быта и учёбы. Задавали наводящие вопросы касательно стипендии. Обе девушки молчали, думая о своём. И старательно прислушивались к разговору, делая вид, что не слушают.

Парней оставили на втором этаже одного из двух мужских общежитий, вручив в ответственные объятия коменданта, который следил за порядком. Девушек же Ирлим повёл кружным длинным путём, одновременно выясняя, не богатые ли они наследницы. Меркантильный интерес пояснялся просто — почему-то мест в общежитиях в последние годы не хватает. В мужских худо-бедно справляются. У парней все просто — не хватило кому места, поставили третью кровать в комнату, и готово. А вот девушкам сложнее. У них — гардероб. Косметика. Зелья. Домашние питомцы. Для третьей кровати, пятнадцати совершенно новых платьев и любимой ласковой зверушки со своим приданым места катастрофически нет.

И оказалось, что последних принятых девушек поселить все-таки некуда. Для девушек и так изначально предполагалось больше места, они занимали целых три общежития на разных этажах. И именно в этом году все-все места оказались заняты под завязку.

Выход только один — снимать комнату в городе. Синтия меланхолично отвернулась от комендантши, что сварливо объясняла, что эти высокородные фифы никого к себе не пропустят и не поделятся комнатой.

— Поделимся! — с готовностью прервали её монолог две красавицы в изумительные платьях, с ног до головы увешанные драгоценностями, словно только что вернулись с королевского бала. Они ещё с лестницы услышали громкий говор ворчливой комендантши и заинтересовались новенькими, а узнав одну из них, обрадовались, — Синтия, мы потеснимся для тебя!

Синтия расцвела и улыбнулась, мгновенно став похожей на нежный бутон розы на рассвете. Теперь её тёмное платье придавало ей изумительную хрупкость и изысканность. Оказалось, девушки дружили когда-то давно, а потом все трое переехали с родителями-послами в разные королевства и потерялись. Они ушли, дружески болтая.

— А вот что с тобой делать… — расстроенно-растерянно произнёс Ирлим, глядя на Асану, раздумывая, где взять лишнюю кровать и в чьей комнате ее поставить, и одновременно любуясь девушкой. Довольно привлекательные черты лица, нежная светлая кожа, темные волосы богатого оттенка, даже не понять какого — вроде шоколад, а вроде красная медь. И глаза, небесно-голубые при знакомстве, сейчас просто серые от огорчения. — Комната в городе — это дорого для тебя?

— Я сирота, — подтвердила его подозрения Асана, — и почти все монеты потратила на дорогу, я пришла издалека.

— Так, пойдём, я спрошу ректора, может, он что-нибудь придумает.

И вновь они поднимались по лестницам, проходили анфилады галерей и учебных аудиторий. Пока они шли, Асане вдруг подумалось, что они уже прошли треть Академии. И в голове независимо от её желания начала вырисовываться объёмная карта пройденного пути. И почему-то там было больше ответвлений и ходов, чем она видела своими глазами. Ладно, потом разберусь, подумала Асана. Она знала, что карта сохранится в её памяти во всех подробностях и навсегда. Почти гномий дар, мда… Гномы, помнится, потешались. Но недолго…

В приёмной за письменным столом сидел помощник ректора, и что-то писал. Ирлима он пропустил просто по кивку, наверно, тот на хорошем счету у ректора.

Ректор, к счастью, оказался у себя. Но Асана его даже не видела, Ирлим вошёл в его кабинет один.

А на двери в ректорский кабинет манил искусно вырезанный барельеф. Множество разнообразных животных, выполненных в мельчайших деталях. Они рычали, скалились, игриво пропадали к земле, виляли хвостами. А если сделать шаг вперёд, к самой двери, барельеф становился объёмным иероглифом, одним из тех, что охраняли ворота в Академию. А здесь что охранять? Ах, да. Ректор.

Дверь открылась так резко, что Асана не успела никак отреагировать, стояла, все ещё завороженная красотой потаенного знака. Ирлим чуть не сшиб её, хорошо, что дверь открывалась внутрь.

И в эти мгновения, пока Ирлим обеспокоенно интересовался, не ударил ли он Асану, а она извинялась, что не подумала и встала так близко, на них смотрел ректор Алиакт. И в глазах его стояла смерть.

Но Асана этого не увидела. А зря.

…. — Она! Меня! Видела! — шипела девчонка с хвостами, непрерывно бегая вокруг кресла, на котором сидел ректор самой сильной Академии второго по величине материка Виарены.

— Я тебя тоже вижу, — равнодушно сказал ректор, методично проставляя печати на документах. Шурх, шлёп, шурх, шлёп…

— Она! Меня! Потрогала! Этого даже ты не можешь! А она смогла! Кто она вообще такая!?