– Нервные волокна соединим напрямую. Кровеносные пустим через фильтр. Как быть с лимфатическими – пока не представляю, но если придется соединять и их, то каждый вид сосудов должен проходить через свою грань, иначе жидкости будут просто смешиваться.
– Значит, кто-то должен держать камень за углы. Тогда верхнюю и нижнюю грань тоже можно будет задействовать.
Я рискнул высказать своё мнение:
– Держать? А если затянется хотя бы на пару часов? Нереально. Я мог бы быстро собрать стойку из тех вон штырей, а камень закрепить в хирургическом зажиме и стянуть жгутом.
– Зажимов у меня и так мало. А разрезов будет много. Привязать бы что-то к потолку и подвесить…
Эхор подошел к тумбе и взял фильтр в руки. Беззвучно шепча, повернул вокруг оси, потом наклонил, чтобы вверх и вниз были направлены не грани, а вершины углов. Отпустил. Камень остался висеть в воздухе.
– Ах да, любимый фокус белобрысых. Я и забыл. Но эта опора не прочная, если случайно надавить – лопнет. Дай-ка, я кое-что добавлю.
Касфар тоже начал колдовать. Симбионты на коконах зашевелились, щупальца потянулись навстречу друг другу, а затем завились в пирамиду. У самой вершины нити разошлись и аккуратно вросли внутрь фильтра с разных сторон.
Касфар наклонился к фигуре, остался доволен. Постучал по белым нитям когтем – в ответ раздался легкий звон.
– Вот так будет в самый раз.
Дальше пошло быстрее. Некоторые нити ящер соединял напрямую, уверяя, что здесь опасаться нечего. Другие крепил к камню, постепенно заняв четыре грани полностью. Оставшиеся две Денис категорически запретил трогать, поскольку они были нужны для очистки крови.
– Не хочу хвастаться, но получилось почти в точности, как в отчёте об эксперименте. Теперь сердца, мышцы, все внутренние органы должны работать в едином ритме.
– Не получится насчёт всех, – отметил Денис. – Часть органов работает по-разному, а некоторые вообще не соответствуют.
– Даже будь они были одного вида, все равно часть органов не соответствовала бы. Поскольку пациенты разнополые. Давайте надеяться, что разлад будет не сильным и их разумы справятся.
– Они еще не понимают, что случилось?
– Пока нет, они по-прежнему в полной заморозке. Чтобы начать переливание крови, я постепенно буду ослаблять силу стабилизирующей магии. Далее, чтобы резать плоть, почти совсем подавлю симбиотов. В это время смешение сознаний будет полным и наверняка вызовет ментальный шок. Поэтому, господин вивисектор, работайте как можно быстрее. Не стоит таким разным существам долго находиться в таком тесном контакте.
Денис занял место по центру операционной и стал раскладывать инструмент.
– Что значит – быстрее? У меня нет ни ПКП, ни шприцов, ни т-образных адаптеров! Мы же не можем напрямую вены сшить! Я вообще не уверен…
– Заткнись и просто делай своё дело! – Эхор подошел сзади и приложил палец к затылку, Денис моментально прекратил причитания.
Под фильтром прицепили воронки со стоками, сверху накрыли куском целофана,
– Мне нужен ассистент, чтобы следить за фильтратом. Надо смывать в воронку массу кровяных клеток, разбавлять физраствором и вводить обратно каждому свою через капельницу.
– Я займусь, – сказал я. – Все равно надо рядом стоять, а то уже бледный весь.
Улыбка вышла натянутой. У Дениса тоже.
– Тогда старайся раствор экономить, его не так много. Но возвращать кровь надо как можно быстрее, иначе свернётся. Цитрата натрия у нас нет.
– Что за зелье? – похоже, Касфару, в отличие от Эхора, «варварские» методы лечения были интересны.
– Такой раствор, не дает крови затвердеть на воздухе.
– Это можно решить.
– Да? Вы вроде не практикуете хирургию…
– Иным способом.
Он вынул из воздуха управляющие руны зашипел на них. Коконы выпустили еще по отростку. У камня-фильтра каждый отросток замер, и только самые кончики мелко вибрировали.