– Я люблю тебя! Я хочу быть с тобой и Надюшей вместе. Прости меня за всё, родная моя. Или скажи, что сделать, чтобы ты меня простила. Я на всё готов, сделаю всё, что попросишь.
– Всё? Что попрошу? – голос Ирины задрожал.
– Да, любимая. ― Сергей преданно смотрел в зелёные глаза.
– Тогда, я прошу, чтобы ты уехал… совсем… из города. – слёзы крупными горошинами падали на руки Леманна. Он держал Ирину за талию. А после её слов, стоя на коленях, прильнул к ней и крепко обнял.
– Ирина, поехали со мной! ― с чувством просил бархатный голос.
«Серёжа, что ты со мной делаешь?! ― мысленно взмолилась Ирина. ― Я так хочу к тебе! Но не могу…»
– Отпусти меня!
Ирина старалась выбраться из его рук. Леманн глубоко вздохнул, выпустил её из объятий и встал. Заглянул прямо в глаза и спокойно спросил:
– Ты так беспощадна, что отправишь меня одного в ночь… в холодную постель? И тебе меня ни капельки не жаль? – грустно улыбнулся Сергей.
– Уходи.
– Ты просто устала сегодня. ― он поцеловал её в голову и обнимая притянул к своей груди. ― Завтра поговорим. Я тебя люблю. Просто знай! Спокойной ночи, родная.
Скользнул ладонью на затылок и накрыл губы Ирины поцелуем. Обхватил ртом её губы полностью, ласкал кончиком языка, проникая внутрь. Не пускает. Ухватил за талию и покрепче прижал к себе. Ирина выдохнула, зубы разжались. Леманн воспользовался моментом и впился глубоким поцелуем. Волна желания расплылась по телу Ирины, лишая рассудка. Она ответила и обхватила руками за шею. Сладко чмокнув в конце, Сергей довольно улыбнулся и ушёл.
Глава 25
Лариса Александровна тихонько вышла в прихожую:
– Серёжа уже ушёл? Так быстро?
Ирина молча кивнула головой, разбирая одежду Нади. Глаза были на мокром месте, и всё тело так напряжено, казалось, ткни пальчиком, и она взорвётся от рыданий.
– Как вы сходили в гости? Надюшка в восторге! Устала и спит без задних ног. А тебе понравилось? – мягкой улыбкой Лариса Александровна пыталась успокоить и вывести свою дочь на разговор.
Ирина молчала, пожимая плечами.
– Так! Оставь это всё, я сама приберу. Иришечка, идём-ка на кухню.
Дочь послушно поплелась за мамой.
– Так. Садись и рассказывай. Он тебя обидел?
– Нет.
– Что он тебе сказал? И почему ушёл так быстро? – аккуратно выспрашивала Лариса Александровна.
– Сказал, что любит меня… И я его выгнала. – сдавленным голосом произнесла Ирина.
– Ого! Я же говорила, что он тебя любит! Радоваться надо!.. А ты зачем его выгнала?
– Не хочу, чтобы всё ещё больше запуталось.
Лариса Александровна слегка опешила от этих слов, не понимая сути сказанного дочерью. Что там ещё дальше может запутаться? Куда уж ещё запутанней? Ласково поглаживая Ирину по плечу, она спросила:
– Ириш, давай на чистоту. Мы одни, и никого кроме нас тут нет… Ты Серёжу любишь? Скажи, как есть. Пойми, дочка, тебе самой легче станет. Признай свои чувства.
Ирина глубоко вздохнула, с шумом выдохнула. Слёзы хлынули ручьями, Ирина закрыла ладонями лицо и выдавила из себя:
– Я… его… ЛЮБЛЮЮЮЮ!