Люди государевы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Скрипнула дверь, вошел денщик Бунакова, Семен Тарский. Бунаков сердито глянул на него, мол, велено же не тревожить.

— Иван Микитович, — торопливо забормотал Тарский, — тут холопы Щербатого пришли, Вторушка Савельев да Савка Григорьев, дело-де у них до вас наиважное!..

— Ладно, пусть войдут!

— Чё надо? — неласково встретил Бунаков вошедших.

Сжав двумя руками шапку, Савельев покосился на подьячего Давыдова и сказал:

— Весть у нас тайная, токмо тебе, Иван Микитович, скажем, касаемо государева слова на воеводу Иосипа Ивановича…

— Говорите! — приказал Бунаков. — Тут все свои! Осиповы же изменные дела и без вас ведомы…

— Повелел нам Иосип Иванович пустить по городу слухи, — заговорил Савва Григорьев, — будто извет Григорья Подреза столь бездельный, что он сам хочет в том повиниться в съезжей избе перед вами, начальными людьми, а после и перед всем миром. Мы же те великие слова сами слышавши, не желаем, дабы от неправды воеводской государево дело замерло, потому и пришли…

— Верно, что с миром тянете! — в задумчивости сказал Бунаков. — Всё не угомонится, дьявол!

— Иван Микитович, вы уж нас не выдавайте! Ежели он узнает, что к вам бегали, живота нас лишит!

— Не бойтесь, ступайте к хозяину вашему и скажите, что слух по городу, как он велел, пустили! Мы же постараемся, чтобы государево дело не замерло! А что еще против мира он измыслит зловредное, нас о том извещайте, и то вам зачтется… О сей новой козни воеводы государю непременно отпишу! По всему, боится князь правды, коли ложные слухи пускает.

— Вот чёртов сын, как бы не смутил народ, окаянный! — воскликнул Патрикеев, когда холопы Щербатого вышли. — Чё делать станем?

— Надобно, чтоб Подрез в слове остался, что перед миром явил! Есть одна задумка, сам князь подсказал….

— Какая задумка?

— Когда свершится, поймешь!.. Вечером Подреза проведаю…

Вновь вошел Семен Тарский:

— Тюремный дворский Татаринов с делом каким-то…

— Ладно, давай…

— Иван Микитович, Петрушка горододел просит слезно оковы снять, ибо тесны и ноги у него опухли… Без вашей воли не смею. Что о том прикажете?

— За то, как он руку приложил, слова всего мира воровскими обозвал, сидеть бы ему со всеми в железах! — сверкнул глазами Бунаков. — Однако ж дело городового строения стало, плотники-неотёсы без него ни тяп-ляп! А государев указ о городовом строении исполнить надо! Так, Борис Исакович?

Патрикеев согласно кивнул.

— Захар, — обратился Бунаков к подьячему Давыдову, — возьми кого-нибудь еще, ступайте с дворским, поучите горододела батожками да отпустите…

Оковы с Петра Терентьева Давыдову помог сбить на тюремном дворе холоп дьяка Патрикеева, Гришка Артамонов.

Едва вышли за ограду, как Гришка с ухмылкой сказал:

— Петруша, а мне Борис Исакович велел с тебя за работу плату взять!

— За какую работу?

— Железа-то с тебя кто снимал? Мы! Стало быть, плати нам за работу. Иначе отведем к съезжей, отведаешь кнута на козле! Так, Захар?

Давыдов согласно кивнул и добавил:

— Ты, падла, не повинился еще и не сказал, кто тебя научил мирские челобитные воровскими именовать!

— Я уже многажды сказывал, что ошибся, ибо грамоте плохо обучен, — устало проговорил Петр.