Люди государевы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Говорю вам, не истинный государь наш, но антихрист. Сие в книге Кирилла Ерусалимского и Ефрема Сирина прямо указано, шлюся и на божественное писание. Ныне уж в мире антихрист есть, никто души свои не спасет, — так писано. Сына своего, царевича Алексея, убил за то, что он старой веры держался, нас всех пятнать будет меж пальцами, как солдат. Клейма уж заготовлены, — услышал новый голос Аника и узнал пустынника Дмитрия Вихарева. «Опять народ мутит окаянный. Видать, из скита пришел».

— А я вот слыхал, что государь наш истинный, в церковь ходит и на клиросе поет, бают, сам, — подал кто-то неуверенный голос.

— Га, дьявол он те и ангелом обернется! А щепотью молиться кто заставляет? Скоро и мясо в посты заставлять есть будут! — горячо воскликнул тот, кто рассказывал о подмене царя.

Храбер же, однако, Переплетчиков был только в мыслях. Слово и дело бъявить — не шутка! И положены за правый донос денежки. Да вдруг не сознаются расколыцики, так познаешь хомут на виске.

Доносчику — первый кнут! Да и разглядеть не дают, кто речи государю противные толкует. И дело не ждет, пора к Лоскутову бежать. Солнце над Аркаркой уж высоко стало.

У ворот дома Лоскутова встретил его жену и дочь.

— Доброго здравия, Никитишна! Ай, в храм принарядились?

— Здравствуй, Аникей Иванович! В церкву Николаевску к причастию хотим сходить.

— Хозяин-то дома?

— Нетути. На службе он. У таможни, верно, стоит. На ночь уходил. Дело ли какое?

— Эх, проходил мимо, знатье бы дак уж и поговорил… А дело, матушка, у меня, большое дело! Вот хочу вашу Варвару за Степку свово сватать!

Варвара вспыхнула и, кося, бросила:

— Больно надо! Сопли за ним подтирать!

Мать ударила ее по руке:

— Поговори! — И уклончиво Анике: — На таможне Федор-то, на таможне…

— Ладно. Никитишна, пойду я. А ты, Варвара, не взбрыкивай. Степка и щас жилист да ловок, а через годок-другой — мужик настоящий!

Федора Лоскутова, опоясанного саблей, встретил Аника неподалеку от Пятницкой церкви, когда тот подымался от часовни, что стояла у самой речки Аркарки. Рядом с ним шел военный с палашом на боку, в треуголке, в красном кафтане с линялыми галунами, обличавшем принадлежность его к Московскому полку, и в сапогах с засохшей на них грязью. Поздоровавшись, Аника отозвал Лоскутова в сторону.

— Что за служивый? По делу к нам аль как?

— Сержант Островский. По государеву делу к коменданту Глебовскому. Только на таможне пожитки его смотрели… На постой веду к себе…

— Какое дело?

— Не сказывал. Грит, не велено…

— Так, так… Слышь-ко, Федор, так че, обвенчаем Варвару-то со Степкой, а?

— Ну! Кто на нее позарится?

— Дак Степка-то малолеток, не повенчают, чай, да и Петровки завтра зачнутся. Ни свадьбы!..

— Кака те свадьба! В своем уме? С отцом Афанасием сговорюсь, вечером обвенчаем, выпьем за молодых без шума… А для других, быдто я ее в работницы взял, покуда жена в болезни… Ну, дак как?

— A-а, давай! Много за ней не жди, рубль серебром, боле не могу. Конь старой, менять пора!..

— Ладно, ладно, бог с ими, с деньгами! Побегу я, — заторопился Аника, увидев подходившего от базара Василия Исецкого.

Поп Пятницкой церкви Афанасий строг с прихожанами не бывал. Службы правит по старопечатному требнику. Никонианской щепотью креститься прихожанам не только не велит, но и сам двуперстно крестится. В совершении проскомидии на просфоре истинный осьмиконечный крест изображает, оной просфорой и мирян причащает. Однако же, протопопа соборной церкви Алексея опасаясь, на дискосе для отвода глаз и печатанную латинским крыжем о четырех концах просфору держит.

Литургия верных подходила к концу. Дьякон отдернул завесу, открыл Царские врата и возгласил::

— Со страхом божиим и верою приступите… Люди придвинулись к амвону, преклонились пред святыми дарами, напоминающими о воскресении Христовом, и стали читать молитву перед причащением: