— Ты не можешь уйти сейчас! — разгневанно говорил Рантерион. — Не окончив обучение, дракон тебе будет не под силу!
— Я не могу сидеть тут и учиться пока дракон убивает невинных и сжигает города! Все вы говорили про потерянное время, так вот если я не уйду, то мы потеряем не только его, но и свободу, и тогда я уже точно буду не в силах помочь всем! — отвечал ему Дерек, уверенный в правильности своего поступка.
— Аррр! — вспылил Рантерион и скрипнул зубами, но затем понял, что теряет контроль и остановился. Несколько вдохов и выдохов и он спокойным голосом, как ни в чем не бывало, продолжил. — Раз нам не вразумить тебя, то прими последнее наставление, будь так добр. Мы пытались обучить тебя всему, многое ты уже знаешь и умеешь. Только помни, что способность к драконьей магии не дает тебе права на свершение необдуманных поступков. Хорошо подумай прежде, чем использовать свою силу. Всегда лучше промолчать, чем сделать, что-то непоправимое.
— Я благодарю вас мастера, за ваши наставления и слова, — ответил Дерек. — И так же прошу простить меня, но я обязан уйти, — он поклонился древним и направился к выходу.
— Так просто отпустим его? — спросил Дарли.
— Это его долг, мы не можем держать его против воли, — рассудил Рори.
— Что же, теперь времена драконьих повелителей возвращается, — с гордостью заявил Рантерион. — Повелитель и Великий магистр снова бок обок! Тебе вновь выпала эта великая роль, Соворус.
— Да уж, мне и первого Тарсана хватило, — ответил я и усмехнулся. — Что ж, прощайте друзья!
— Пусть Десятеро осветят вам путь, а Черный дракон расчистит преграды! — произнес Альгерн. Я поклонился древним, они в ответ и мы расстались.
Догнал я Дерека только в деревне послушников. Там мы подробнее узнали вести с земли. И пополнив запас продуктов, продолжили спуск. Весь путь Дерек молчал. По виду его мучило сомнение и некая неуверенность. Когда стало совсем темно, мы отыскали подходящий для нас выступ, возле ступеней, и остановились на ночлег. Разожгли костер и перекусили. Ветра почти не было: какое это было облегчение для ушей после долгих дней в Храме. Дерек сидел и смотрел в огонь, пришептывая слова, на драконьем языке. Затем он потянулся к луку, который не держал в руках уже много недель и стал проверять тетиву. Я не пытался с ним поговорить. Он этого не хотел, а сам я мог только начать снова читать ему нотации. Поэтому мы быстро легли спать.
В полдень следующего дня мы переправились через быстро текущую Ривир, берега которой уже покрылись обильной зеленью. Ривермарк показался нам пустынным. Улочки были практически безлюдны: только женщины с маленькими не веселыми детьми, да старики показывались то в переулке, то в окнах домов; стража не патрулировала город, а на рыночной площади стояло лишь три прилавка, возле которых и собрался оставшийся народ. Я отправил Дерека в таверну, проведать лошадей, оставленных на попечение хозяину, а сам отправился к прилавкам, чтобы закупить еды в дорогу и узнать, что могло так опустошить город.
Скупив скудный набор провизии, я выведал у торговца, что князь Фолрон объявил о наборе рекрутов:
— Да, стало быть, княже-то наш, Рорика послушал и всех от мала до велика, что меч в руках держать могут в небольшое войско то и собрал, сударь, — проговорил купец, отдав мне купленный сверток с мясом.
— Отчего же князю Рорику свои войска не отправить? Зачем собирать всех из приграничных городов и так еле сдерживающих напор Имперских сил? — не понимал я.
— Так, знаете, сударь, что слухи говорят? Нет? А вот, говорят они, что Рорик боится свою дружину посылать на Гамельфорт, чтобы самому перед драконом впросак не попасть, — продолжал торговец. — Потому и собрал войска ото всех ближних к Гамельфорту городов.
— Тю! Брешешь ты! — начал соседний торговец. — Ничего наш князь Рорик не боится! Вы, сударь, не слушайте смутьянов, что веру в нашего Освободителя ослабляют!
— Брешу?! Так от чего твой «Освободитель» сам на Гамельфорт не пошел? А? — прокричал первый торговец, а я начал понемногу отходить от прилавков, чтобы не стать свидетелем намечающейся потасовки.
— Так войско пожалеть нужно! Сколько лет нас защищают, дурья ты башка! — ответил ему криком второй. — Только вот такие нахлебники и могут жаловаться, а сами сидят в своей конуре и палец о палец ударить не хотят ради блага!
— Это я-то нахлебник? Ах, Дерас тебя покарай, я тебе сейчас покажу, какой я нахлебник! — крикнул первый из-за прилавка.
Второй ему что-то ответил и тоже начал выходить ему на встречу, но дальше я ничего не видел и не слышал, я скрылся в переулке и направился к таверне.
Дерек стоял в стойлах рядом с лошадьми. Они были ухожены, и по довольному виду было понятно, что сыты. Наша сбруя весела рядом. Не зря хозяину таверны было отдано два золотых на содержание. Завидев меня, кони заржали, а Дерек обернулся.
— Что там были за крики? — спросил он после.
— Два торговца устроили драку из-за того, что сами не могут понять хорошо или плохо поступает Рорик, — ответил я и, взяв седельные сумки, присел на деревянной скамье рядом.
Мы стали перекладывать поклажу в седельные сумки, затем взнуздали лошадей и вывели их из конюшни. Дерек прицепил свой клинок к седлу, а на спину водрузил лук. Оседлав лошадей, мы посмотрели вдаль, окинули взглядом улочки Ривермарка.
— Готов? — спросил я Дерека.
— Всегда! — усмехнулся он, и мы пришпорили лошадей.
Три недели мы потратили на преодоление пути от Ривермарка до Гамельфорта. Ехали мы лесными тропками и лишь изредка выезжали на тракт, чтобы свериться с правильностью направления. Я опасался ненужной встречи с войском Рорика, хотя никакого вреда они нам принести не могли. Поздней ночью 39-ого числа Солнцеворота мы подъезжали к Гамельфорту. Несмотря на время суток, было светло как днем: Пристенье полыхало. Черный дым от пожарища валил в небо, затмевая свет луны, и скрывался в ночи, где заканчивался свет огня. Запах гари наполнял все кругом. Мы пустили лошадей в галоп.
Могучий город Гамельфорт возвышался на трех холмах. Каменные стены защищали его от любых напастей и помогали держаться ему против дракона, которого пока не было видно. На самом высоком холме стоял необыкновенно красивый княжий дом, его огромный шпиль, казалось, врезался в небо. Ниже на двух других холмах стояли стройные домики жителей. А за стенами, что поднимались и опускались следуя рельефу холмов, расположился район Пристенье.
В нем мы оказались очень скоро. Стража в доспехах, поверх которых была коричневая накидка со знаменем княжества, бегала с ведрами и старалась потушить пожары, лекари и жрецы помогали раненым и на самодельных носилках поднимали их к городским воротам, где скрывались. Я, спешившись, побежал к группе раненых, что, по-видимому, оставались без внимания и лежали в грязи возле стен города. Все еле дышали, кто-то и вовсе был без сознания. Отдельные части их тел покрывали ужасные ожоги и копоть. Я склонился над тем, чье тело было в ожогах везде, куда мог упасть взгляд, и попытался излечить его раны. Свет засиял у меня на ладонях и мягким теплом окутал их. Потом спустился на ожоги и те стали подживать и уменьшаться в размерах до тех пор, пока вовсе не исчезли с тела. Раненый облегченно вздохнул, но в себя так и не пришел.
В этот момент прибежал Дерек и привел с собой лекарей. Они сложили всех кого могли на носилки, других взяли под плечо и повели всех к воротам. А пожар, гуляющий по деревянным зданиям Пристенья, и не думал утихать. Крики боли и страдания, истерический детский плач, вопли стражи — все это наполняло горящий район Гамельфорта.