По мраморной лестнице, оканчивающейся террасой с рядом колонн, что поддерживали фронтон, на котором был выбит девиз университета «Свет в знании», поднялись к раскрытым металлическим дверям. По обе стороны от них несли вахту ординаторы. Университет был открыт для всех желающих, а вольных слушателей, что свободно могли посещать любые лекционные занятия, здесь было немерено, поэтому без лишних вопросов нас пустили внутрь. Просторный холл плавно перетекал в центральный зал. Здесь в окружении различных портретов, под потолком медленно вращалась армиллярная сфера — еще одно альдское изобретение, посвященное изучению небесных светил. Туун-Мулн в Тимин-Луине была лишь началом их работы, окончившейся, как мы узнали, в Последнем оплоте. Армиллярная сфера была некогда связана с обсерваторией, что находилась под самым куполом, но после окончания восстановления города, обсерваторию перевезли в Вилнорград.
Весь зал был уставлен рядами витрин, в которых красовались различные экспонаты: альдские механизмы, древние андрийские артефакты, разбитые таблички с письменами, куски древней вазы, пожелтевшие страницы уникальных трактатов и прочие находки или достижения, которым славился университет. Перед парадной лестницей, укрытой ковровой дорожкой, стояла витрина, под стеклом которой лежала вольная грамота Талена Залдера, которая и наделяла Умбоджу самоуправлением. Над лестницей на поднимающихся взирали портреты всех прошлых ректоров: в основном это были солнечнокожие талки с мудрыми взглядами, но среди них был и один драгонгардец — Тит Эверий.
Осмотревшись, Дерек приметил таблички, которые указывали, в какой стороне какая кафедра находится. В главном здании располагались десятки кафедр и пару больших аудиторий, рассчитанных на сотню, а то и больше, человек. Студентов здесь обучалось множество, по большей части уже взрослые мужи и дамы, но бывали и юные дарования, которым удалось пройти вступительные испытания. Обучение было платным, но не непосильным, а некоторым студентам сразу предлагали оплачиваемую подработку писарями, оказывающими помощь в оформлении документов или составлении письменных грамот для неграмотных людей. Серьезные занятия доставались тем, кто проявил себя в каком-то учении. Например, многие студенты могли быть задействованы в написании научного трактата, в качестве работника лаборатории или отправиться в экспедицию, хотя бы в руины под городом.
Согласно табличке кафедра древних культур факультета истории располагалась в правом коридоре, куда мы и двинулись. Звуки шагов от пола, выложенного металлической плиткой, эхом разносились по коридору. Все внутри университета было выполнено с присущим альдонерам изяществом и практичностью. Мы проходили мимо кабинетов и аудиторий, мимо просторных рекреаций, где свободные от занятий студенты либо разговаривали между собой, либо сидели с кипой книг и бумаг, что-то изучая. В альковах стен красовались пьедесталы с вазами или механизмами. Из проплывшей мимо аудитории с раскрытой дверью послышался нерик, видимо читали лекцию. В университете преподавали исключительно на эльфийском, что, конечно же, вызывало споры в научном сообществе.
Спросив точную дорогу до кабинета профессора Бертона у мимо проходящих студентов, отправились дальше. Еще несколько аудиторий и кафедральных кабинетов осталось позади и, наконец, мы попали в зал факультета истории, о чем гласила табличка на нерике над дверями. Тут было людно: сновали чем-то занятые студенты, профессора вели какие-то дела, кто-то даже читал лекцию прямо в рекреации, собрав достаточное количество слушателей. На нас не обратили внимания: здесь текла своя отдельная жизнь. Прошли мимо кабинета кафедры андрийской цивилизации. На двери красовалось имя заведующего — профессора Версана Эгносия. Следом показался кабинет кафедры альдской цивилизации — обиталище профессора Крига Бертона.
Дерек постучал в дверь, но за этим ничего не последовало. Кабинет оказался закрыт. Мы уже стали отходить от дверей, как послышался вечно веселый голос профессора:
— Вы что-то хотели? — спросил он. Но как только узнал нас, улыбка на его лице растянулась до предела. Он даже побросал все книги и листки, что нес с собой, чтобы обнять нас обоих. — О, мои друзья! Как же я рад, что вы вернулись!
После объятий, профессор отстранился и, спохватившись, стал поднимать все, что уронил. Дерек помог ему собрать разлетевшиеся по полу листки.
— Вы даже весточки не прислали! — пожурил нас Криг, пока судорожно собирал книги. — Не сообщили как прибыли в Ариканию. Хоть бы прислали весть из Хаасима. Я же места себе не находил. Думал, что потерял вас обоих.
— Мы не хотели писать, по некоторым причинам, — ответил я, припомнив события в закромах кабинета разведки.
— Да, — продолжил Дерек, видно, поняв, что я имею в виду. — С вами все было хорошо? Никто не преследовал вас? — добавил он после того, как передал последний лист профессору.
— Нет, что вы? Мы удачно добрались до Умбоджи. Ох, как обрадуется отряд, когда вас увидит, — договорил профессор и отворил дверь в кабинет, мы прошли за ним.
Среди стеллажей, заваленных книгами, примостился невысокий стол с наваленными на него кипами бумаг.
— Десятеро! — ахнул профессор. — Я только сейчас разглядел. Неужели вас так на Хардрассале встретили?
— К сожалению, это здесь уже приключилось. В Моронаре, — ответил Дерек, проведя рукой по одному из многочисленных шрамов на лице.
— Вампиры? Оборотни? — все никак не мог успокоиться Криг. — Как там госпожа Альмолла?
— Не переживайте, профессор, — успокоил его я. — Альмолла в порядке, как и Обар. Нам просто повезло оказаться не в том месте, не в то время, только и всего.
— Ага, — усмехнулся Дерек, — это мы всегда умели.
— Что же, — успокоившись, ответил Криг и присел за стол. — Присаживайтесь, друзья мои. Раз вы утверждаете, что мне не стоит беспокоиться, то тогда поведайте мне о вашем путешествии. Я сгораю от нетерпения! Был ли ваш поход успешен? Что вам удалось найти в пустынях Саургана?
Дерек пододвинул стулья чуть ближе к столу, и мы присели.
— Это будет длинный рассказ, профессор, — начал Дерек. — Не уверен, что у нас есть на него время.
— Вы думаете, я вас так просто отпущу? — улыбнулся профессор. — Утолите же мое любопытство. Расскажите хоть что-нибудь, прошу! Вы нашли то, ради чего затевался этот поход?
— Не знаю, что мы должны были найти в библиотеке среди песков, но кое-что все-таки удалось, — ответил я и положил на стол сумку с засохшим пятном крови на ней. Из нее торчали свитки.
— Позволите? — спросил Криг. Мы с Дереком практически одновременно кивнули.
Профессор достал один из свитков, развернул его и стал смотреть. С каждым мгновением просмотра содержимого свитка глаза Крига расширялись то ли от удивления, то ли от осознания, не знаю.
— Чертежи голема? — переспросил он, верно, сам у себя вслух. — Это тот самый голем, которого мы видели в Последнем оплоте? Как же они его звали… Карсир, да?
— Да, Карсир, — ответил я. — Но он был лишь подобием этого. Видите в рамке — Нифлорг? Я думаю, что это от Nifl lorgarion или Повелитель Нифла. Это чертежи судной машины альдов, которую они возводили в Серой горе.
— Но как это возможно? Как чертежи альдского голема оказались в богами забытой Хардрассальской библиотеке? — профессор все еще недоумевал.
— Они оказались там не просто так, вы правы, профессор, — добавил Дерек.
— Ну не томите же! — взвыл Криг. — Вы убиваете меня на месте недомолвками.