— Ты не взяла справочник, — заявил он с порога, бросив взгляд на книгу, лежавшую на столе.
— А разве это не имущество корабля? — невинно моргнула я. Не хотелось мне таскаться по космосу с такой тяжестью в рюкзаке. Никакого рюкзака у меня, разумеется, не было, как и вещей, кроме тех, которые мне выдали после того, как я нагишом вышла из криокамеры. А они уместились в небольшую сумку на плече моей адъютантши. Книга туда не вошла.
— Нет. Это ваш личный экземпляр, причем, уже настроенный на энергетическое поле хозяйки. Возьми с собой.
Я нехотя повиновалась, сунув книгу по мышку. Неудобно.
— И я не чувствую твоего ожерелья, — продолжил этот инспектор. — Оно на тебе?
— Нет.
— Надень. Аль-дэй может не носить уссе в своих помещениях, но покинуть их без ожерелья она не может. Привыкай. После инициации ты поймешь всю ценность защиты уссе.
Я вздрогнула, вспомнив, что говорила мне Стрела об инициации и отвела взгляд. На столе, куда я бросила перед сном тяжелое украшение, его не было. Где же оно?
— Диири, куда ты убрала мое ожерелье?
— Я? — удивилась драконидка. — Вы сами бросили его в уничтожитель сразу как вернулись с ужина.
У меня глаза на лоб полезли от такого наглого вранья.
— Ты что-то путаешь, — пристально взглянула я на приставленную ко мне охранницу. — Я его положила на стол, а не в уничтожитель.
— Госпожа, я не способна солгать при старших в иерархии, — глазом не моргнула врунишка. — Вы при мне уничтожили уссе со словами, что нужно сунуть в аннигилятор и вашего… простите, мой аль-тар, но речь шла о вас.
Звучало правдоподобно. Тем более, что с первым уссе я поступила именно так и с теми же пожеланиями. У меня что, провалы в памяти? Я совсем не помнила такого! И эмоций у меня таких сильных не было, невзирая на то, что Аррадор злил одним фактом своего существования.
Я взглянула на него и сразу захотелось ойкнуть — таким острым был взгляд золотых глаз. Но смотрел он не на меня. На Диири.
Между тем сама девушка не выглядела напуганной. Она мне показалась чересчур спокойной, даже заторможенной. Шагнув шаг к ней, я заметила расширенные зрачки, словно адъютантша была под гипнозом. Или под дозой.
— Подойди, ру-тай, — приказал ей Аррадор.
Девушка неохотно сделала шаг к нему.
— Кто? — краткий вопрос аль-тара упал веско, как камень, такой же тяжелый, как и его потемневший взгляд. Диири не ответила. Аррадор повторил, усилив нажим: — Я спрашиваю: кто тебе приказал? Отвечай!
Диири вздрогнула. Она попыталась что-то сказать, воздух с хрипом вырывался из ее горла, но не смогла. Ее руки ходили ходуном, а голова затряслась.
— Василиса, отвернись, прошу, — сказал аль-тар, не отрывая взгляда от допрашиваемой. — У нас мало времени осталось до старта, я должен узнать, кто стал ее кукловодом.
Диири тряслась все сильнее. А потом рухнула как подкошенная и завыла.
— Юррен? — спросил Аррадор, и вой стал сильнее. — Феориль? Император?
Вой поднялся до визга, и оборвался. Диири замерла, словно мертвая. Ее глаза закатились, а изо рта пошла желтая пена.
— Капитан Эмбор, пришли в каюту аль-тар санитаров, — громко, подняв взгляд к потолку, сказал аль-тар. — Ру-тай Диири потеряла сознание. Как придет в себя, помести ее под арест. Полный контроль. Запрет на любые контакты.
— Приказ понял, — прошелестело под потолком.
Аррадор перевел взгляд на меня.
— Мне жаль, что ты стала свидетельницей этого происшествия.
— Мне тоже, — сухо кивнула я. — Феориль и Юррен — это же имена твоих старших братьев?
— Да, я рад, что обучение прошло не зря, и ты что-то усвоила из курса нашей истории, — это прозвучало с горечью, но я не поддалась.