Мое лицо все это время выражало азарт. Я хочу сразиться и убить! А еще Танджиро, вроде, нужна кровь подобных существ для того, чтобы успешно разработать препарат обращения демона в человека.
Этот демон же вдруг начал ко мне присматриваться.
— Эй, а ты, случаем, не Охаёми?
Я оторопел.
— Чего?! Откуда ты меня знаешь?!
Демон тоже выглядел удивленным, но затем его лицо стало довольным и искривилось в усмешке.
— Ха… Ха-ха… Ха-ха-ха! Твоя рожа мне напоминает их! Вы так похожи! И ты же ведь наверняка должен тоже что-нибудь знать!
— Да что за чушь ты несешь?
Я недоумевал. Но параллельно с этим я был предельно собран, ведь, возможно, мне просто отвлекают внимание разговором.
— Ты! Ицу Охаёми — знаешь такую?
Вздрогнув, я нахмурился. Единственное, что меня заставляет испытывать грусть — это воспоминания о родителях. Поэтому я их практически не вспоминаю.
— Да. Это моя мама.
— Ха, серьезно?
— …
— Парень, в таком случае ты должен знать. Твои родители заполучили Голубую Паучью Лилию, а она очень сильно была нам нужна!
— Я первый раз слышу это название. Мои родители редко со мной общались.
— Да?… Ну, тогда ничего не поделаешь. Тогда, давай поиграемся! Хоть ты и сын тех двоих, твое лицо выглядит даже более противно, чем их! Так что я его подправлю!
Он назвал моих родителей уродами? Мать и отца?
— Мать не трожь.
"Дыхание ветра, ката девятая: Шквал безжалостного вихря"
Я устремился вперед и нанес быстрый удар. Однако лезвие катаны рассекло шею демона, не встретив никакого сопротивления. Более того, образ демона сразу же развеялся под действием легкого ветерка.
Это иллюзия?!
Я ощутил движение ветерка справа и еле успел поднять катану, как туда врезалось что-то тяжелое, издавая металлический звон. Отступив на несколько шагов назад, я стал в оборонительную позицию и лихорадочно обдумывал ситуацию.
Демон создает иллюзии. И он силен. Есть еще странная металлическая кукла.
Образ демона сформировался неподалеку от меня. Это явно иллюзия.
Демон, кстати, был с обычным, ничем не примечательным лицом, покрытым зеленоватой кожей со вздувшимися венами, и в светлой хаори. Штаны были грязно-серого цвета и порваны. Радужка глаз была желтой, а склера — обычного белого цвета, но с множеством кровеносных сосудов.
Он взмахнул пальцами и улыбнулся.
— Бах.
В этот же момент мне в бок прилетело что-то тяжелое. Удар был очень сильным, и, по-моему, сломал мне два ребра.
— Кха!