— Пора прибраться.
Костяные хлысты обрушились на землю, молниеносно и точно убивая тех слабых Охотников, которым не повезло находиться в пределах сотни метров от Музан. Затем прародитель демонов крутанулся, хлысты вместе с ним и это ознаменовало собой мясорубку. Всё в округе окрасилось в красный цвет.
Хотя нет. Не всё. Был островок, чуть менее заляпанный кровью.
— КИБУЦУДЖИ МУЗААААААН!!! — Танджиро, отразивший удары хлыстов, пришедшихся на него, испустил яростный крик из глубины свой души, перехватил катану и выдохнул пламя.
"Дыхание солнца, ката первая, модификация: Удар вальса"
Во вспышке яркого солнечного огня Танджиро молниеносно приблизился к Музану и нисходящим ударом разрубил туловище напополам — Музан ударом руки отбил клинок от своей шеи.
— Твоему появлению больше обрадуется Кокушибо.
Пока клинок Танджиро проходил через плоть демона, Музан пнул его ногой, превращая свою ногу в хлыст. Танджиро успел втянуть к себе клинок и выполнить защитную кату, но его всё равно отбросило. И отбросило прямо к сражающимся Аказе и Кокушибо.
— Аказа. — прозвучал мощный голос Музана затем.
Бывшая Третья Вышсая Луна замешкался из-за остатков влияния крови Музана на него. Всё-таки какая-то часть влияния прародителя на Аказу осталась.
И мгновения замешательства хватило для того, чтобы Кокушибо отрубил Аказе голову, после чего в плоть отбившегося от рук повелителя высшего демона вонзился костяной хлыст. И через хлыст Музан поглотил всю силу крови демона.
Аказа теперь напоминал скелет, настолько он стал тощим. Голова медленно восстанавливалась. Его силу теперь можно было сравнить с низшим демоном…
— Разберусь с тобой позднее. Кокушибо, займись этим солнечным. А остальные… — Музан оглядел оставшихся Охотников и с превосходством улыбнулся. — Нападайте, безумцы.
Тут из дома, который стоял поодаль от радиуса поражения хлыстов, вышел мальчик лет восьми, Кирия Убуяшики — сын главы Охотников, Кагаи Убуяшики.
— Как скажешь, Кибуцуджи Музан. В эту ночь мы навсегда сотрем твое существование из этого мира и тем самым очистим наш род, который и породил такое чудовище, как ты.
— Убуяшики… — на лице Музана вздулась вена, — вечно вы пытаетесь встать на моём пути. И что же ты придумал? Неужели собрался победить меня только этими силами?
Кирия оглядел округу.
Томиока, пробудивший метку, алый клинок и приходящий в себя после превышения предела, Санеми, пробудивший метку и просыпающийся после "восстановления", Гемей, пробудивший метку, Зеницу, пробудивший метку, Танджиро, пробудивший метку, Иноске, Незуко без сознания, ослабленная Шинобу, Акира, вылезающий с чертыханием из-под обломков… Три Столпа — Муичиро, Мицури и Обанай, были уже мертвы. Из Высших Лун в строю остался лишь Кокушибо, который с некоторым воодушевлением рассматривал Танджиро. Аказа, очень сильно ослабленный, медленно регенерировался, лежа в стороне, пригвожденный к полу костяными отростками.
— Да, мы кое-что придумали, Кибуцуджи.
Добрые фиолетовые глаза мальчика холодно сверкнули, когда он поднял руку.
— Приготовиться.
Кусты позади дома зашевелились. Это оказались не кусты, а маскировка. Под сброшенной маскировкой оказались солдаты правительства Японии, стоящие за щитками стационарных пулеметов, и несколько мощных орудий.
Кибуцуджи недоуменно приподнял бровь. Кирия опустил руку.
— Огонь.
Три мощных залпа раздались практически одновременно, а дальше округа заполнилась запахом пороха и непрерывными звуками очередей пулеметов.
Место, где стоял Музан, скрылось под облаком пыли от мощнейшего взрыва. Кокушибо рванул туда, но его перехватил Танджиро, преградив путь к Прародителю Демонов.
Оба знали, что им не нужно говорить и столкнулись, ведомые разными целями. Один — пройти к Музану и защитить Господина, второй — не дать этого сделать.
Холодные лунные серпы разрезов и обжигающе горячее солнечное пламя столкнулись. Глаза Танджиро были покрыты кровью, в них лопнули капилляры от напряжения, что показывало, что Танджиро уже превзошел свой предел.
Но он был удивительно спокоен. Два мечника сражались меж собой насмерть, глядя друг на друга одинаково холодными глазами.
— Понятно. Ты тоже сумел увидеть это. Прозрачный мир.