– Кстати, про спорт. Я против того, что ты вернулся в бокс и к активным тренировкам. Зачем так рисковать? Тебя в челюсть ударят, и на месяц с головными болями опять сляжешь. Завязывай, Янис, – мягко просит мать.
Я молча поднимаюсь на ноги. Лучше бы и дальше строила из себя делового сухаря. Сам о себе позабочусь. Без лишней нервотрепки.
– Услышал вас, Дина Сергеевна, – сухо констатирую. – Отчет о секциях Алёны Владимировны будет у вас на столе, как ознакомлюсь с ним. На днях съезжу и посмотрю, что там к чему. Всё сделаю по высшему разряду, – заверяю я.
– Так, стоп, – выдает она решительно. – Вообще-то я не называла имени девушки.
– Я с духами пообщался, подсказали. – Наигранно округляю глаза, напуская на себя таинственный вид. – Всё, пока, Дина Сергеевна. Мне нужно заглянуть к Белову, дел невпроворот. Еще и к Эрику обещался вечером заехать.
– Беленького поцелуй от меня, – летит мне в спину.
– Могла бы и сама заехать.
– Я без тебя разберусь, когда мне заехать к Регине и Эрику. – Дина Сергеевна кивает мне на дверь.
Удивительно, в кого мы с Эриком такие безбашенные трудоголики… Это не Регине памятник нужно ставить, а нам с братом. Выжили же как-то в тяжелых условиях. Наверное, благодаря ласковой и трепетной бабуле. А по сути, все время были бесхозными детьми. С моими иначе сложится. Каждого в зубах таскать буду, чтобы не чувствовали себя ненужными.
Я хлопаю дверью и иду в кабинет к Белову. С ним диалог строится куда быстрее и плодотворное, чем с матерью. Семен Яковлевич лишь только за, чтобы ему помогли и забрали часть работы. Ну и мне тоже выгода. Прошу Белова сбросить на почту моей секретарше всю информацию по секциям Алёны и сообщить, когда и где состоится первая съемка с журналистами. Высплюсь накануне этого мероприятия. А то цвет лица у меня и впрямь серый, а вид замученный.
Остаток дня кручусь в нескончаемом потоке дел и лишь поздним вечером выбираюсь к Эрику в гости. Надеюсь, белобрысик еще не спит. Никогда бы не подумал, что мне так понравится возиться с детьми, но это, оказывается, как наркотик. Постоянно мало, хочется новой дозы и еще больше искренних улыбок.
– Привет. – Открыв дверь, Рина пропускает меня в квартиру.
Выглядит уставшей и замученной, похудела килограмм на пять за месяц, не меньше. Глаза красные. Токсикоз ее жестко рубит.
– Как самочувствие? – интересуюсь я, разуваясь.
– Отвратительное, – тихо отвечает она. – Постоянно тошнит. Рик в детской. С няней. Я пока полежу. Вы там сами. Хорошо? Только руки помой.
– Окей, – отзываюсь я, провожая бледную тень долгим взглядом.
В первую беременность Рина ходила куда бодрее. Сейчас же передвигается исключительно по стеночке, работает из дома и глаза все время на мокром месте. Стоит ей увидеть какую-то грустную новость, тут же начинает рыдать. Неужели у всех женщин, которые находятся в положении, так? Кошмар какой.
Я прохожу в гостиную и наблюдаю за Эриком-младшим. Живчик такой. Весь в родителей. И что самое главное – розовощекий блондин.
Мелочь сидит на полу и с сосредоточенным лицом собирает пирамидку. Я быстро киваю няне в знак приветствия и присаживаюсь на корточки перед малышом.
– Эй, Рик, – зову, показывая ему игрушку.
Племянник улыбается, когда замечает меня, демонстрируя мелкие и редкие зубы. Тут же поднимается на ноги и неуклюже семенит ко мне, протягивая руки к игрушке.
– Как дела, парень?
Я опускаюсь на пол и обнимаю маленькое тельце, вдыхая неповторимый сладкий запах. Усаживаю пацаненка себе на колени.
– Капризничает весь день. Регине Романовне плохо, а он скучает, – отвечает няня вместо Рика, вставая с дивана. – Вы пока посмотрите за ним, а я пойду сварю ему кашу.
Молча киваю и снова переключаю внимание на ребенка. Пока катался по заграницам, расширяя семейный бизнес и прикрывая дыры в делах отца, брат времени даром не терял – первенца замутил с чокнутой и второго ей по-быстрому сделал. Порой, глядя на их семейную идиллию, я и впрямь ощущаю себя «бракованным фейерверком», который отсырел, стоя бесхозным в ящике в темном углу.
10 глава
– По-братски прошу. Я зашиваюсь, Ян. Командировка на носу, няня и Рина полегли. Вся надежда на тебя. – Эрик вручает мне в руки своего сына и сумку со всякой детской фигней.
Смотрит при этом жалостливыми глазами, будто от меня зависит будущее его семьи. Хотя так оно и есть в данную минуту. Рик скоро папой меня начнет называть. А я не буду его поправлять. Один отец хорошо, а два лучше.
Ребенка принимаю, а сумку нет. Показываю глазами, чтобы Эрик бросил ее на пол.
– А Дине Сергеевне не пробовал активировать режим бабушки? – интересуюсь я.