— Какой был шум? — тут же уточнил инспектор.
— Какой-то шум, — сказала Валентина. — А какой — не припомню.
— А потом хлопнула дверца машины?
— А потом кто-то по лестнице ходил, — поправила инспектора Валентина.
— А что была за машина?
— А вот какая — не скажу. Мы к окну не ходили, не подглядывали.
— Мало ли кто по своим делам ходит?
«Не поэтому, — подумала Лидочка. — А потому что смертельно перепугались. Сидели, схоронясь в уголке, боялись бандитов. Но потом на цыпочках должны были подкрасться к окну — иначе они были бы не Кошки».
Слокам им не поверил.
— Неужели вы не подошли к окошку? Неужели вам не захотелось выглянуть? — спросил он.
— Да что там разберешь, — ответил Василий. — У нас же перед домом фонарь не горит — разве разберешь?
— Значит, подходили, — сказал про себя Слокам, но почему-то не стал дожимать Кошек.
«Конечно, подкрадывались, — подумала Лидочка. — И видели, на какой машине уезжали люди. Но почему-то они или боятся, или не желают поделиться информацией с английской полицией.
Кого они видели? Бандитов? Значит, они боятся, что после ухода полиции бандиты вернутся и разделаются с ними. Или доберутся до них в родном Краснодаре, что тоже нельзя исключать. Но есть и вторая версия: это был кто-то, кого Кошки знали и боялись погубить. А такой человек в доме один — Иришка».
— Хорошо, — сказал инспектор. — А что вы можете сказать о сегодняшней ночи?
— Может, поставить кофе? — спросила Лидочка.
— Это вас затруднит, — ответил инспектор.
— Ни в коем случае. Подождите секунду, я поставлю чайник.
Лидочка кинулась на кухню и налила в чайник воды. Чего-то на кухне не хватало.
Глаз не находил что-то из привычных предметов. Но думать о том, чего не хватает, времени не было.
Из комнаты донесся голос Слокама. Он спрашивал, как зовут собеседников. Как он и надеялся, Кошкам его слова были понятны.
— Май нейм из Василий, — сообщил супруг.
— Май нейм из Валентина Федоровна, — сказала супруга.
Лидочка вернулась в столовую.
— Итак, — сказал инспектор Слокам, — что вы можете сказать о событиях последней ночи?
Валентина не успела ответить, как в комнату вошел франтоватый пожилой джентльмен в полосатом костюме. На носу джентльмена красовались очки с толстыми стеклами.
— Мэттью, — сказал он, не здороваясь с потенциальными преступниками, — с чего начинать — с комнат или с машины?
— И то, и другое важно, — ответил Слокам. — Не знаю, что важнее. Не забудьте поглядеть шины: может, они ездили по проселку.
Франт кивнул и ушел. По-видимому, это был эксперт. Инспектор обернулся к Кошкам. Лидочка повторила его вопрос по-русски.
— А ночью кричали, — сказала Валентина.