Нет, оказалось, что не Катю.
У калитки позвонил Толик. В руке он держал большой черный портфель.
Конечно, для Ольги Толик был не просто знакомый. Лидочка могла бы поклясться, что когда-то у них был роман. И хоть он давным-давно миновал, от него осталась неосознанная для них самих нежность в интонациях.
Толик подтолкнул Ольгу в плечо.
— Веди, — сказал он, — обещала чаем напоить.
— Ну и как? — спросила Ольга Толика, пока они шли по дорожке между флоксов к веранде. — Поговорил?
— Поговорил, — сказал Толик, потирая руки. — Они, голубчики, только глаза продрали, а я к ним с государственным визитом.
Лидочка, которой с веранды был слышен этот разговор, догадалась, что речь идет о братьях-разбойниках.
Толик поднялся по скрипучим ступенькам на веранду.
— Я их в последний раз предупредил, — сказал Толик. — Витьку мне в отличие от тебя не жалко. Рано или поздно он попадется.
— Испугались? — спросила Ольга.
— Честно говоря, я пожалел, что табельное оружие не захватил. Но я им прямо сказал: все ваши субботние дела мне известны. Если хоть один волосок упадет с головы Ольги, Катьки или Лидии Кирилловны, вы у меня загремите в места не столь отдаленные. Немедленно!
— А они?
— Они огрызались. Ведь они хоть и дураки, но не идиоты. Теперь в их интересах самим вас и днем, и ночью охранять. Даже если ты споткнешься и ногу подвернешь, подозрение на них падет.
Толик поставил портфель на свободный стул, уселся за стол, открыл банку с медом и засунул в нее большую ложку.
— Где брала? — спросил он.
— Из Чувашии привезли, — сказала Ольга.
— Обо мне не подумала, — укорил ее Толик. — Ведь у Людмилы меда не допросишься.
— Знаю, — вежливо улыбнулась Ольга. — Потому я тебе и не взяла.
Толик помолчал, переваривая информацию и заключенную в ней иронию. Тяжело вздохнул. Потом сказал:
— Не люблю работать с интеллигенцией. Неустойчивая у вас нервная система.
Он пил чай манерно, отставив мизинец. Завиток прилип ко лбу.
— Спасибо, — сказала Ольга, — что сходил к братьям.
— Это мой долг, — ответил Толик.
Видно, он любил мед, он зачерпывал его прямо из банки. Перехватил взгляд Лидочки и сказал:
— В меде содержится много калорий. Особенно в настоящем. Вы ешьте, вам пополнеть полезно, — сказал он.
— Любит он нас, полных, — сказала Ольга. И за этими словами, и за тем, как отвернулся к саду Толик, скрылась местная драма, может, не менее напряженная, чем та, которая привела к смерти Сергея. Повернись все чуть-чуть иначе, и лежал бы у себя дома мертвый Толик или Василий-мордоворот. Хотя таких тоже не убивают… Привяжется ведь фраза, как мелодия какой-нибудь пошлой песенки!
Толик посмотрел на часы и сказал Лидочке:
— Далеко ваша захоронка?
— Минут десять ходьбы, чуть больше, — сказала Лидочка.