— У меня был тяжелый день. Поговорим позже.
— Я хотел потолковать с тобой о новом Образе и об этих бурях…
— Позже, — оборвал его я. — Я жду вызова.
— Хорошо. Это не срочно. До связи.
Он разорвал контакт, а я потянулся к засову, размышляя, не переделать ли Призрак в автоответчик.
Глава 7
Плащ я повесил на Ясру, а портупею — на спинку кровати. Потом я почистил сапоги, вымыл лицо и руки и надел парадную парчовую рубашку цвета слоновой кости, всю в сборках и тесемочках, а также серые брюки. После этого почистил зубы и накинул на себя пунцовый пиджак, на который я во время оно наложил чары, чтобы человек в пиджаке смотрелся чуть-чуть очаровательнее, остроумнее и порядочнее, чем он есть на самом деле. Представлялся хороший случай им воспользоваться.
Когда я начал причесываться, в дверь постучали.
— Минуту!
Вскоре я был полностью готов идти, а вернее, бежать на обед, поскольку я сильно опаздывал. Я выдвинул засов и отворил дверь.
На пороге, весь в коричневом и красном, стоял Билл Рот, напоминающий стареющего кондотьера.
— Билл! — заорал я, схватил его за руку, потом стиснул в объятиях и затащил в комнату. — Рад тебя видеть. Только что покончил с кучей неприятностей и собираюсь взяться за новые. Не знал, что ты во дворце. Хотел найти тебя, как только все хоть немного успокоится.
Он улыбнулся и легонько ткнул меня в плечо.
— Я приглашен на обед. Хендон сказал, что ты тоже придешь. Вот и решил заскочить за тобой. Говорят, приехали люди из Бегмы?
— Ты уже слышал?
— Да. Есть новости о Люке?
— Только что с ним общался. Вендетта вроде бы закончена.
— Он по-прежнему собирается оправдываться на суде, о котором ты мне говорил?
— Похоже, что нет.
— Плохо. Я, между прочим, проделал большую исследовательскую работу. Так вот, в защиту вендетты можно привести немало примеров. В частности, с твоим дядей Озриком, который ополчился против всего Дома Карена после смерти родственника по материнской линии. Оберон в те дни поддерживал с Кареном дружеские отношения, а Озрик убрал троих. Тем не менее на слушаниях Оберон его оправдал, опираясь на более ранние прецеденты, и даже установил правило…
— Оберон, кстати, отправил его на ужасную войну, — перебил я, — с которой Озрик так и не вернулся.
— Об этом я не знал, — покачал головой Билл, — но в суде все получилось как нужно.
— Я расскажу об этом Люку.
— О чем именно?
— И о том, и о другом.
— Я, собственно, пришел не за этим, — продолжал Билл. — Идут серьезные военные приготовления.
— То есть?
— Легче показать, чем рассказывать, — заметил он. — Это займет не больше минуты.
— Отлично. Давай посмотрим, — сказал я, и мы вышли в коридор.
Билл провел меня к задней лестнице, а внизу повернул налево. По длинному извилистому коридору мы прошли мимо кухни. В этот момент сверху донеслись странные лязгающие звуки. Я взглянул на Билла, и он кивнул.