— А почему так важно, чтобы кто-нибудь мог его пройти? Только потому, что он есть?
— Я полагаю, что он опасен. Его нужно исследовать, познать и научиться контролировать.
— Опасен? С чего вдруг?
— Амбер и Хаос — два полюса обитания, по крайней мере по нашему представлению. Воплощениями их являются Образ и Логрус. Веками между ними существовало своего рода равновесие. А теперь незаконнорожденный Образ твоего отца это равновесие нарушает.
— Каким образом?
— Между Амбером и Хаосом всегда было что-то вроде волновой связи. А сейчас заметны накладки, интерференция.
— Лишний кубик льда в бокале, — возразил я. — Думаю, со временем все образуется.
Фиона покачала головой:
— Ошибаешься. Помехи не ослабевают. С тех пор, как возник этот узор, теневых бурь стало куда больше. Они рвут самую ткань Тени, влияют на природу реальности.
— Не сходится, — возразил я. — В то время произошло событие куда как более серьезное. Изначальный Образ в Амбере был поврежден, и Оберон как раз восстанавливал его. Это породило волну Хаоса, пронесшуюся сквозь все Тени. Ничто не осталось таким, каким было. Но Образ выстоял, все вернулось на круги своя. А что теневых бурь стало чуть больше — я бы сказал, это скорее последствия именно такой встряски.
— Веский аргумент, — согласилась Фиона. — Но вдруг ты все же ошибаешься?
— Вряд ли.
— Мерль, в этом Пути сосредоточена власть, колоссальная власть!
— Не сомневаюсь.
— А власть — это нечто, за чем стоит присмотреть, чтобы попробовать понять и овладеть. Мы всегда так поступали. Потому что в один прекрасный день власть эта может стать угрозой. Когда Корвин тебе все рассказывал — он упомянул хоть что-то, из чего мы могли бы понять, какова здешняя власть и как мы можем с ней поступить?
— Нет, — ответил я, — ничего, кроме того, что он создал этот узор второпях, чтобы заменить старый. Потому что в тот момент он думал, что Оберону не удалось восстановить Образ в Амбере.
— Если бы мы могли найти его!
— До сих пор никаких известий?
— Дроппа уверяет, что видел Корвина в «Песках» в Тени Земля, которую вы оба так любите. Он сказал, что тот был в обществе красивой женщины, они потягивали вино и слушали музыку. Дроппа приветственно помахал рукой и стал протискиваться сквозь толпу. Ему показалось, что Корвин заметил его. Но когда он пробрался к их столику, их там не было.
— И это все?
— Все.
— Негусто.
— Знаю. Но если только Корвин может пройти по этому проклятому узору, и если новый Образ в самом деле опасен, однажды у нас будут крупные неприятности.
— А ты становишься паникершей, тетушка.
— Надеюсь, ты прав, Мерль. Идем, пора домой.
Я еще раз внимательно огляделся, стараясь запомнить все детали и ощущения. Чтобы когда-нибудь нарисовать Козырь и снова попасть сюда. Я никому не упомянул одной детали: когда я опускал ногу на огненную линию, никакого сопротивления не было.
Но стоит ступить на Огненный Путь или внутрь Логруса, обратного пути не будет. Надо идти до конца — или будешь уничтожен. Да, я люблю загадки — но каникулы заканчивались и пора было возвращаться на занятия.
Власть.
Лес в Черной Зоне, так звался район Тени у границ Хаоса, с которым у нас была налажена торговля; мы были вдвоем и охотились на жинда, это такая рогатая черная коротконогая тварь, коварная и свирепая. Вообще-то я не люблю охоту — не люблю убивать тех, кто меня к этому не вынудил. Но затею предложил Юрт, а это, пожалуй, был единственный шанс помириться с братом перед моим отъездом, так что я согласился принять в ней участие. Оба мы не первоклассные стрелки, а жинд ловок и быстроног. Так что немного удачи — и никого не убьют, а мы сумеем спокойно поговорить и, возможно, к концу охоты наши отношения улучшатся.
Раз, потеряв след, мы сели передохнуть. Завязался долгий разговор — обычная болтовня о стрельбе, о придворных интригах, о Тени и о погоде. Юрт в последнее время стал куда вежливее, и я посчитал это добрым знаком. Он отрастил волосы, чтобы прикрыть отрубленное левое ухо. Уши регенерируют долго.