— Если вы дадите ответ на мой вопрос, барышня Хармони, то я отвечу на ваш, — таинственно улыбнулась Маркура.
Девочки задумались. Не только Шарлотта — весь класс. Тринадцать девочек, слегка сонных, немного вялых, постепенно пробуждались. Заданная задача заставила их шевелить мозгами.
Но первой все-таки догадалась Генриетта. Не зря же она выспалась!
— Она произнесла заклинание отмены не один раз, а несколько, быстро и подряд. Получилась цепочка. Ее чары не подействовали, потому что Карина спешила и нервничала!
Директриса кивнула, а затем подошла к Карине и провела по ее голове обеими руками. И тут же ярко-рыжие волосы девочки сделались русыми, как прежде.
— Я догадалась по ауре. Если смотреть на предмет, над которым потрудилась не очень опытная колдунья, не прямо, а как бы слегка мимо, то виден этакий зыбкий силуэт. Чем больше чар, тем он виднее. Или чем чары сильнее. Но надо правильно рассредоточить взгляд, вот в чем дело. Этим мы и займемся. А чтобы было проще, сделаем-ка это на свежем воздухе! День сегодня отличный, прохладно, но солнечно, поэтому надевайте шляпки, берите накидки — и в парк!
Ученицы обрадовались и поспешили к выходу, в вестибюль, где сбоку от входных дверей находились раздевалки. Шарлотта взяла свою клетчатую накидку и помедлила возле столика с зонтом. Никто на нее не смотрел — девочки уже толпились у двери, спеша выйти на прогулку, госпожа Кастелли отсутствовала. И все-таки ей показалось, что кто-то следит и за нею, и за зонтиком.
Заклинание отмены…
Шарлотта отлично помнила слова. Она внятно, хоть и негромко, произнесла их, но ничего не произошло. Хотя и непонятно, что должно было произойти — на прошлом занятии девочки произносили заклинание над мячиком, превращенным в игрушечного ежа. Ёж становился мячиком, едва чары отменялись. А здесь?
Охранные заклятия ведь никак не увидишь!
Шарлотта протянула руку за зонтиком, уверенная, что сейчас зазвенят колокольчики, но вместо этого услышала нетерпеливые голоса Карины и Юлианны, зовущие ее.
И побежала на зов.
Так и не проверив, отменились ли охранные чары.
Глава 13. Паутинка
После занятий на свежем воздухе в сон уже никого не тянуло. И очень кстати, потому что следующим уроком было магическое рукоделие. Спокойный, даже умиротворяющий урок! Если бы девочки не взбодрились, то непременно бы уснули за столами.
Всякая уважающая себя колдунья непременно владеет каким-нибудь рукоделием, и это не просто какое-то там творческое увлечение! Важно, чтобы в итоге у тебя получилась волшебная вещица. Сегодняшнее занятие, как и два на прошлой неделе, было посвящено вязанию крючком.
Девочки первого года обучения уже освоили самые простые приемы и теперь их задачей было связать маленькую салфеточку.
Шарлотта считала, что это совершенно бесполезная штука. Для чего может понадобиться маленькая кружевная салфеточка? Понятное дело — льняная салфетка, даже и с кружевной отделкой! Салфеткой можно прикрыть нарядное платье за столом. В приличном обществе можно вытереть ею пальцы или лицо. Вязаные крючком вещи тоже чисто теоретически могут быть полезны: можно, к примеру, связать симпатичный белый беретик на лето, или манжеты и воротничок к школьному темному платью. Крючком были связаны многие зонтики, обычные прогулочные летние зонтики, не волшебные. На те требовалось нечто особенное: ведь волшебный зонт и от жары мог укрыть, и от дождя, превращался из кружевного в шелковый, а мог стать и настоящим щитом от любой опасности.
А на что годится салфеточка размером не больше ладошки? Впрочем, в нить следовало вплести сколько-нибудь невербальных чар. Как пояснила полненькая, румяная и веселая учительница госпожа Марипоза, «невербальный» — значит «тот, что высказан не при помощи слов». В пансионе учили целой куче таких мудреных слов. Наверно, они были нужны для того, чтобы колдуньи даже в простой беседе могли щегольнуть полученными знаниями и показаться выше обычных людей. Задание на невербальные чары, вплетенные в рукоделие, предполагало, что девочки придумают какое-то полезное свойство для своих поделок.
Шарлотта вязала и представляла себе салфеточку. Очень крепкую салфеточку, которая…
Нет, ну для чего она может пригодиться?
А к примеру, подумала девочка, можно ставить на салфетку чашечку, и тогда чашечка уж никуда не упадет. И не разобьется. Если думать все время об этом, то чары вплетутся в узор. Про узор, кстати, надо не забывать, вот он, зарисован в тетрадочку при помощи всяких галочек, черточек и кружочков. Ужасно мелкие и скучные получились значки, и, наверно, салфеточка тоже будет скучная. Простая белая салфеточка, с которой никуда не денется чашка.
Девочка вязала и представляла себе паутину. В родном доме за окном все лето жил паук, большой крестовик, которого Шарлотта назвала Йарри. Вечерами, когда в кухне зажигали свет и пили чай, к окну летели мошки и мотыльки, и Йарри их ловил. Для этого он выплел красивую паутину, а сам сидел в уголочке и наблюдал. А Шарлотта наблюдала за пауком и его паутиной. Стоило мухе или бабочке попасться, как Йарри выходил из своего уголка и опутывал жертву… И никуда она уже не могла деться.
Шарлотте было жутковато и интересно, и чуть-чуть жалко мух и бабочек. Однажды вечером в сети попалась одна ночная бабочка, очень красивая — светло- зеленая. И девочка, высунувшись в окно, освободила ее при помощи тонкого прутика из метлы.
Паутина оказалась довольно упругой и крепкой. Но все-таки не выдержала и лопнула. Бабочка улетела, а Йарри остался без ужина. Шарлотта насыпала ему на подоконник крошек, но, конечно, их он есть не стал. Он принялся плести новую паутину, и, как показалось девочке, делал это сердито и укоризненно…
Но ей запомнилось, как крепко держала паутина свою жертву. Та никуда не могла деться. Вот и чашка с ее салфеточки никуда уж не денется!
— Закончили, барышня? — удивилась госпожа Марипоза. — Быстро вы! Покажите, что у вас получилось?
Шарлотта отложила крючок и нитки и в удивлении уставилась на салфеточку. Это был совсем не тот узор, какой требовалось! В ее руках оказалась самая настоящая паутина, только куда более толстая и крепкая. Но узор точь-в-точь!
— Интересно вышло, — сказала Марипоза. — Что за чары вы в нее вплели, Хармони?
— Сама не знаю, — призналась Шарлотта, — я лишь хотела, чтобы чашка с нее не падала.