Поскольку уже посещала их и была знакома с расположением комнат, девушка без посторонней помощи нашла уборную. Зайдя внутрь, она заперла дверь. Встав перед раковиной, открыла кран и, набрав воды в руки, плеснула в лицо. Как только прохладная жидкость коснулась кожи, Светлана мгновенно пришла в себя. Насухо вытерев лицо, она открыла дверь и собиралась уже вернуться в столовую, когда увидела стоявшую в дверях Галину Петровну. Разговаривая по телефону, она следила за происходящим в столовой, словно боясь, что кто-то ее увидит или услышит. Она почти перешла на шепот:
— Подойдет бокал, из которого он пил?
Светлана нахмурилась. Вскоре до нее дошло, что тут происходит — женщина держала в руке бокал, из которого только что пил Дмитрий. Нервы у нее резко напряглись. Неужели, они узнали о настоящей личности Дмитрия и позвали его сегодня, чтобы выяснить это? Их целью было получить образец его слюны, чтобы сделать ДНК-тест?
При мысли об этом ее пробил озноб. Если Фадей Никонович узнает о том, чей Дмитрий на самом деле сын, не только отношения между ними будут разорваны, но, в худшем случае, они даже станут врагами. Зная, насколько Фадей ненавидит Елизавету, можно было только вообразить, какую ненависть он будет испытывать к Дмитрию, как к ее сыну. И тогда они неизбежно окажутся по разные стороны баррикад. А учитывая, что у самого Димы было определенное мнение насчет Елизаветы Родионовны, если он вот так вдруг узнает, что она — его биологическая мать… Как ему это принять, как встретиться с правдой лицом к лицу?
Раз все пришло к тому, как оно есть сейчас, для всех них лучшим выходом было — придерживаться оригинального сценария, и жить, как жили.
Светлана, собравшись с мыслями, обратилась к Галине Петровне:
— Тетя.
Хозяйка в панике сбросила звонок, беспомощно уставившись на Светлану:
— Ой, Света, ты меня напугала. Почему ты не за столом?
Светлана притворилась, что ничего не слышала и не видела:
— Я отлучилась в ванную комнату. А Вы почему не кушаете?
— По телефону разговаривала, с сыном, — солгала собеседница. Когда же Светлана приблизилась, она быстро спрятала руки за спину.
— Пошлите, а то все остынет.
Галина Петровна хотела сначала отказаться, но, не найдя подходящего предлога, в итоге была вынуждена пойти следом за ней в столовую. Выглядела она вся на иголках, явно нервничая, поскольку все еще прятала в руке улику — бокал.
Светлана специально подала ей какое-то блюдо, чтобы женщина его взяла руками:
— Тетя, вот у этого салата просто восхитительный вкус.
Галина Петровна, понимая, что будет странно выглядеть, если не будет есть за ужином, ответила отговоркой:
— Пойду воды наберу, — после чего ушла на кухню и успела поставить тот самый бокал на стойку.
Светлана тайком проследила за ней, заметив, куда она поставила бокал. Взяв свой, она зашла следом на кухню. Воспользовавшись тем, что женщина была занята поиском нового бокала, она подменила свой с тем, которым пользовался Дмитрий.
Галина Петровна, заметив ее, с удивлением посмотрела на Свету:
— Тебе что-то нужно?
— Тоже воды захотелось, — ответила Светлана, протянув ей бокал. Посмотрев на него, а затем бросив быстрый взгляд на стойку и отметив, что поставленный ею бокал оставался на своем месте, она облегченно выдохнула, натянув улыбку. — Давай, я налью.
Светлана отдала бокал. После того, как обе получили свою воду, они вернулись в столовую.
Настроение Фадея Никоновича была таким же «стабильным», как американские горки. Он никак не мог отойти от той самой темы.
Светлана сидела рядом с Дмитрием, смотря на Фадея Никоновича и, кажется, наконец, поняв, почему хозяин так сильно погрузился в печаль. Скорее всего, боится, что Анфиса окажется не биологической матерью Дмитрия. Судя по тому, как он вел себя сейчас, Фадей, по всему видимому, испытывал к нему настоящую, искреннюю симпатию. Он правда ценил и хотел сохранить эту привязанность.
Светлана про себя тяжко вздохнула. От того, насколько непостоянен мир вокруг, от того, как жестоко иногда судьба играет с человеком.
Повезло, что успела узнать об этом, так что ничего не случится. Поскольку Анфиса уже умерла, если Фадей Никонович хочет сделать ДНК-тест, для этого ему нужен живой человек. Они явно собирались сравнивать данные Дмитрия и Елизавета Родионовны. Если бы к ним в руки попал бокал, который использовал Дима, они наверняка узнали бы правду. Но так как Света успела подменить бокал, из которого пила она, девушка могла быть спокойна, так как ее ДНК не дадут ожидаемого ими результата.
После еды Светлана под предлогом помощи Галине Петровне в уборке стола, поменяла всю посуду и приборы, которыми пользовался Дмитрий, на свои. Поскольку посуда вся выглядела одинаково, по внешнему виду ее невозможно было различить.
Галина Петровна отодвинула Светлану от стола:
— Не нужно. Иди в гостиную, я сама со всем тут разберусь.