Ей нужно было сходить в больницу. Она уже несколько дней не навещала маму. Кроме того, она хотела обналичить тот чек, который ей выписал отец, а затем положить деньги на счет в банке. Возможно, за лечение матери еще нужно будет заплатить крупную сумму, поэтому эти деньги были для Светланы очень важны. В прошлый раз их больничные расходы оплатил Максим, и теперь она собиралась вернуть ему этот долг.
— У тебя какие-то дела? — с холодом в голосе спросил Дмитрий, продолжая есть кашу.
— Мне нужно навестить маму в больнице, — кивнула она головой.
Дмитрий лишь хмыкнул, выражая свое согласие.
После завтрака он отправился на работу в офис, а Светлана начала помогать Екатерине Алексеевне с уборкой стола.
— Не стоит, лучше иди, отдохни немного, — обратилась Екатерина Алексеевна, забрав тарелки у нее из рук.
Что? Отдыхать с утра?
— Ты уже вышла замуж за Дмитрия Ильича, а после вчерашней ночи стала здесь полноценной хозяйкой. Не позволяй никаким любовницам разрушить вашу семью, — увидев недоумение на лице у Светланы, осторожно произнесла она.
От этих слов лицо Светланы залилось краской. О чем она говорит? И хотя они с Дмитрием ночевали сегодня в одной кровати, однако между ними ничего не было. Но очевидно, что Екатерина Алексеевна думает иначе. Светлана не стала пытаться ее разубедить и неохотно кивнула головой. Однако Екатерина Алексеевна все еще не оставляла ее в покое.
— Насколько мне известно, Дмитрию Ильичу, на самом деле, не нравится Арина. Так что сейчас вам нужно лишь немного постараться, чтобы завоевать его сердце.
— Откуда Вам это известно? — нахмурившись, спросила Светлана.
— Арина провела с Дмитрием Ильичом достаточно много времени, однако он так и не смог ее полюбить. А два месяца назад, после того, как съездил в командировку заграницу, он внезапно начал ее признавать. Я до сих пор не понимаю, как он мог так внезапно в нее влюбиться? — рассказала ей Екатерина Алексеевна.
Эти слова потрясли Светлану. Два месяца назад?
— Вы имеете в виду, что раньше она ему даже не нравилась? Он вернулся с командировки и внезапно стал называть ее своей девушкой? — немного успокоившись, переспросила Светлана.
— Да. Но я знаю, что Дмитрий Ильич неглупый человек. Вероятно, что-то произошло, поэтому ему пришлось это сделать, — покачав головой, ответила она.
Светлана погрузилась в размышления. Враждебное отношение Арины к ней было очевидно. Одного Светлана не могла понять. Была ли вызвана эта враждебность лишь тем, что она вышла замуж за Дмитрия или же за этим еще стояли другие причины?
Она не могла найти ответа на этот вопрос, поэтому решила пока сходить к матери в больницу. Перед этим она еще зашла в банк. Обналичив чек, она оставила себе немного денег, а остальное положила на счет. Затем она пришла в больницу и сразу же отдала медсестре небольшую сумму для будущих трат. После этого она, наконец, увидела свою маму.
Виктория Александровна находилась взаперти в небольшой палате. Внутри ничего не было, кроме кровати и стола. На столе была только пластиковая бутылка с водой. Психически нездоровые пациенты могли неосознанно себя поранить, поэтому перед тем как запустить Светлану внутрь, медсестра тщательно досмотрела все вещи, которые она принесла с собой. Удостоверившись, что в ее сумке не было ничего опасного, она запустила ее внутрь.
На матери был надет больничный халат синего цвета. Она была привязана к изголовью кровати и что-то бормотала себе под нос, однако Светлана не смогла расслышать через закрытую дверь, о чем она говорила.
— Света! — она подняла голову, увидев, как в палату вошла дочь.
Ее взгляд на секунду прояснился. Услышав голос матери, глаза Светланы сразу же наполнились слезами.
— Мама, — она подошла к ее кровати.
— А почему ты пришла одна? Не взяла с собой Артема? Я так давно не видела его, — погладив дочь по голове, спросила она.
Глава 39 Я неплохой человек
Безжалостные слова доктора в тот день все еще звучали у Светланы в голове. «Простите, мы сделали все, что могли…»
Вспомнив об этом, у девушки снова покатились из глаз слезы.
— Артем на учебе. Я возьму его с собой в следующий раз, — произнесла она, крепко обняв мать.
Виктория Александровна не совсем поняла слова дочери, однако озадаченно кивнула головой и больше ничего не говорила. Смахнув слезы с лица, Светлана улыбнулась и снова заговорила.
— Мама, хочешь что-нибудь съесть? Я принесла тебе кое-что вкусное.
Она ничего не отвечала дочери и лишь крепко сжимала колени, обхватив их руками, словно чувствуя какую-то опасность. Она совсем не слышала, что говорит ей Светлана и лишь бездумно смотрела куда-то вдаль. Казалось, ее сознание было где-то далеко отсюда.