Тарас Афанасьевич, больше не решаясь говорить что-либо, лишь молча вошел вслед за ним.
Кажется, в огромной гостиной никогда разом не собиралось столько людей, она стала оживленной и больше не казалась безлюдной. Илья Никитич сидел в центре, а Елизавета Родионовна рядом с ним.
Виктория Александровна с двумя детьми сидела справа, а Екатерина Алексеевна стояла позади его матери, все взгляды тут же устремились на вошедшего Дмитрия.
— Почему ты один? — первый промолвил Илья Никитич, в его голосе было нескрываемое волнение.
— А кого еще ты хотел увидеть? — усмехнулся Дмитрий.
Каждая встреча отца с сыном похожа на встречу заклятых врагов.
Илья Никитич тут же напрягся и крепко ухватился за кожаный подлокотник дивана, но изо всех сил сдерживая свой гнев, сказал:
— Я ведь твой отец, так?
— В этом у меня не было другого выбора, — Дмитрий сел на диван.
Мария нетерпеливо смотрела на Дмитрия, и, если бы не Виктория Александровна, удерживавшая ее на месте, она бы давно бросилась к нему, как только он вошел в дом.
А Паша, напротив, был крайне спокоен, словно знал, зачем сегодня приехали эти двое людей. И он четко понимал, что за вещи лежат на столе.
— Ты… — Илья Никитич не хотел выходить из себя, но каждый раз сталкиваясь с его нападками, он не мог оставаться невозмутимым.
Елизавета Родионовна, схватив его дрожащую руку, попыталась его успокоить:
— Не нервничай, у тебя есть более важное дело.
— Если хотите показать свою любовь, то не беспокойте меня, у меня полно дел, — крайне нетерпеливым тоном сказал Дмитрий и взглянул на Марию, ему было непривычно, что эта маленькая девчушка не подбежала к нему обниматься. Кажется, он уже привык, что как только он входит домой, в его объятия тут же прибегает маленький, сладкий пирожок.
— Мы к тебе по важному делу, — Елизавета Родионовна крепко держала мужа за руку, пытаясь не дать ему вспыхнуть из-за слов Дмитрия.
Илья Никитич сделал несколько глубоких выдохов и только после этого немного подавил свой гнев и показывая на документы на столе, сказал:
— Посмотри сам, а затем я жду объяснений, и не думай возражать мне, доказательства лежат здесь, не пытайся обмануть меня.
Дмитрий не шевельнулся.
Отец с сыном молча смотрели друг на друга, между ними развязалась тихая война. Обстановка накалялась.
— Папа, — раздался нежный голосок Марии, тем самым разрядив обстановку.
— Тихо, — Виктория Александровна прошептала девочку, легонько хлопнув ее по плечу.
Елизавета Родионовна с красными глазами протянула руки к Марии со словами:
— Иди сюда.
Мария, выпучив свои круглые глазенки, посмотрела на Дмитрия, затем на Елизавету Родионовну, и в итоге, скатившись с дивана, пошла к Дмитрию и обнявшись с ним, грустно сказала:
— Папа, мамочка не вернулась вместе с тобой?
Гнев, недовольство и холод, все это растворилось в одном ее слове «папа», Дмитрий затаил дыхание и ласково погладил ее по голове:
— Мамочка скоро приедет.
— Бесстыжий! — Илья Никитич гневно хлопнул рукой по подлокотнику и поднялся с места.
Ранее Екатерина говорила ему, что Дмитрий не знал, что эти двое детей от него, и поэтому не говорил родителям, это не так важно, но сейчас дети называют его «папой», а значит, он уже знает об этом!