– Я шла проверить Джека и заметила человека у ворот. Он – или она, не знаю точно – убежал вон туда, – я указала направление, в котором исчез силуэт.
– Не может быть, – нахмурился Дин.
Он вгляделся в темноту. Но никаких посторонних звуков слышно не было: лишь стук дождя по крыше сарая Джека да приглушенная музыка и голоса многочисленных посетителей паба. И ни малейшего движения.
– Я вспугнула его… или ее, – добавила я после паузы.
Дин кивнул. Но даже при таком тусклом свете я увидела, что он мне не поверил.
– Там действительно кто-то был, – твердо сказала я. – Понимаю, вы, вероятно, считаете меня чокнутой, типичной актриской из Лос-Анджелеса. Да и весь город, скорее всего, уже так думает.
Если Карен постаралась, то так оно и было.
– Честно говоря, иногда я действительно веду себя как чокнутая – как и многие люди, впрочем. Но сейчас я точно уверена, что не чокнулась. Там кто-то был. И кто-то сегодня выпустил Джека. Честно сказать, я уже на грани нервного срыва.
В течение нескольких секунд он просто разглядывал меня, и его молчание становилось невыносимым. Но только я собралась заявить, что со мной все хорошо и он может возвращаться в паб, как Дин произнес:
– Я вам верю.
Теперь уже я уставилась на него.
– Правда?
Он кивнул.
Я не знала, как реагировать. Впервые я почувствовала от него какую-то ответную эмоцию. В итоге я выбрала «большое спасибо».
– Давайте я провожу вас к Джеку. Уверен, ничего страшного не случилось. Просто кто-то шатался поблизости. Может быть, один из подвыпивших посетителей паба. Но мне будет спокойней, если вы будете не одна.
– Мне тоже, – призналась я.
Дин открыл ворота и пропустил меня вперед. Я поспешила к сараю, чтобы наконец укрыться от дождя. Внутри было очень тихо. Никто не мычал, не сопел, не урчал. Я подошла к стойлу, но Джек к калитке не вышел.
Прелестно! Моя лама снова сбежала. Ночью. Под проливным дождем. Не дай бог, убьет кого-нибудь еще. Хотя в причастность Джека к первому убийству я не верила.
А вдруг Джека снова пытаются подставить, чтобы свалить на него вину?
Встав на цыпочки, я присмотрелась и облегченно вздохнула: Джек лежал на соломе, раскинув ноги, как огромная жаба, и вытянув вперед свою длинную шею. Его веки с густыми рядами ресниц были плотно закрыты.
– О боже, он мертв?
Вот зачем приходил незнакомец! Убить мою ламу!
– Уверен, что он просто спит, – успокоил меня Дин. Джек дернул ухом, подтверждая его слова.
Я должна была увериться, что Джек в порядке. Не оставлю же я его, если он умирает от медленного яда. Или от невидимой мне раны. Я откинула защелку. Джек, открыл глаза, сонно моргнул и поднял голову. Выглядел он при этом довольно вялым – примерно, как я, если меня разбудить посреди ночи.
– Прости, приятель, – пробормотала я, зайдя в стойло. – Я только хочу удостовериться, что ты в порядке.
Он слегка кивнул головой – будто демонстрируя, что не возражает против моего вторжения. Я погладила его по голове и почесала уши. Он тихо замычал, так и оставшись, впрочем, лежать распластанным на земле. Я аккуратно обошла вокруг него.
– Что именно вы ищете? – с ухмылкой поинтересовался Дин; на его симпатичном лице проступило любопытство.
– Пока не знаю, – призналась я, убирая со лба волосы, с которых ручьем лилась вода. Дин, даже промокший насквозь, выглядел безупречно, чего нельзя было сказать обо мне. – Например, кровь.
Как только я произнесла последнюю фразу, меня осенило. Я наклонилась и посмотрела на ноги ламы.
– Ого, а вы знали, что у Джека нет копыт? У него просто большие ступни с толстыми ногтями.