Имирин удалился, и вокруг поднялся шум. Многие смеялись, переговаривались. Круг практически сразу распался.
–Да неужели! – воскликнула Лилия и принялась ходить из стороны в сторону. – Это что-то невозможное, как вы это делаете!
От неподвижного смирного стояния она теперь чувствовала, будто все тело у неё состоит из плохо смазанных деталей, и не удивилась бы, услышав скрип.
–Лилия! Иди сюда.
Звал её Эльдалин, уже успевший подойти к ним. Девушка обернулась и увидела рядом со своими друзьями ещё нескольких эльфов, в том числе Ареля.
Сразу приняв снова смирный вид, она вернулась. К её удивлению, эльфы представлялись ей и говорили, что были приятно удивлены, увидев, чему она успела обучиться. Многие их похвалы обращались и к Эльдалину, но тот словно и вовсе не слушал. Лилия же, сразу оробев, чем вызвала умиление многих, пыталась благодарить, отнекиваться. К ним стали подходить и другие, поздравляли и Марли, и её. В конце концов, юный эльф совершенно счастливый улизнул с Лизелем зажигать свечи в фонариках на клёне, а девушка, не привыкшая к такому вниманию, почти пряталась подле Индила. Однако ни он, ни Эльдалин будто не желали обращать на это внимания, постоянно подталкивая её к новым разговорам. Чувствуя себя глупой, девушка, сама не понимая, как, расположила к себе всех, кто подошёл к ней в этот вечер – и знакомых, и тех, кто видел её чуть ли не впервые. Теперь её не принимали за «невесть откуда взявшегося зверёныша», но оценили по достоинству. Индил и Эльдалин же, делая вид, что заняты разговором друг с другом, наблюдали. Они не сомневались, что Лию теперь примут не только близкие друзья. Это казалось им чрезвычайно важным, словно… словно именно этот вечер был предназначен для того, чтобы Лилия стала полноправным членом их общества.
Конечно, они оба никогда не перестанут ревностно оберегать её, но всё же… ни один не думал, что девушке хватает того маленького мира, что создан для неё общими усилиями друзей.
В этом эльфы несколько ошиблись, и поняли это, когда Лилия, приятно поговорив с тремя лучниками, прискакала к ним и с детской обидой в голосе на то, что её оставили одну, осведомилась о том, когда они планируют уже пойти догонять остальных.
11
На следующее утро Лилия наткнулась на Эльдалина, далеко не дойдя до конюшен. Он сказал, что их ждёт у себя Имирин. Вдвоем, как были – хотя девушка заранее смутилась, решив, что вид у них, одетых к занятию, весьма неподобающий – они прошли к замку. На крыльце их ждали Манель и Марли: тоже, кажется, оторванные от тренировки.
–А что мы должны делать? – спросил Марли.
–Слушать, что вам скажут, – пожал плечами Эльдалин. – Это просто беседа.
–Ничего себе, «просто», – фыркнул Марли.
–Неужели ты до сих пор боишься короля? – спросил Манель, пока они поднимались по лестницам замка (Лилия опять не представляла, куда они идут).
Марли промолчал, уставив сердитый взгляд в спину учителю. Лилия оглянулась на Эльдалина.
–А мы идём не в тронный зал?
–Нет. Увидите. Не волнуйтесь, Имирин, кажется, действительно хочет просто посмотреть на вас. Вы оба самые маленькие в этой крепости.
Юноша и девушка переглянулись и прыснули. Это всё же было забавно – в свои девятнадцать и девяносто пять оказаться самыми маленькими.
Они поднялись на третий этаж и практически сразу остановились перед одной из дверей. Был слышен приглушённый разговор.
Эльдалин постучался и открыл дверь, пропуская вперёд Лилию, Марли и Манеля.
–Доброе утро!
Им навстречу поднялся сам король. Он был одет строго, но просто; белоснежные волосы убраны в хвост. Имирин улыбался. За его спиной встал Индил.
–М-м… Здравствуйте! – выпалил Марли.
–Доброе утро, – пробормотала Лилия и изобразила подобающий поклон.
Юноша и девушка опять переглянулись.
–Мы вам нужны? – спросил Эльдалин, вошедший последним и остановившийся на пороге.
–Конечно, – кивнул Имирин. – Я ждал всех вас. Проходите.
Сам он с приглашающим жестом развернулся и прошёл, по видимому, к прежнему своему месту – на короткую обитую гобеленом кушетку около недавно растопленного камина.
Манель и Эльдалин прошли вперёд, а «маленькие» медлили. Лилия разглядывала новую для неё комнату.
Она была не больше той, которую занимал Индил, однако балкона при ней не оказалось. Вместо этого в стене было вырезано целых три окна, сейчас завешанных тяжёлыми шторами. В отличие от всех остальных помещений в замке, здесь стояло очень много мебели. С двух сторон от камина у боковой стены располагалось по кушетке, напротив – несколько простых, но в то же время довольно изящных кресел. Всё было обито одним и тем же зелёным с серебром гобеленом, и выглядела комната весьма уютной. Непривычно уютной.