– Если бы главный искин хотел поговорить, прислал бы какого-нибудь зайчика маленького и дружелюбного, или андроида, а не этих десятиметровых чудищ с когтищами и зубищами, – возразил я, рассматривая покрытую стальной чешуёй тварь. Но под чешуёй кожа, есть и мышцы, и внутренние органы, но самые крупные мышцы усилены механическими частями, и часть внутренних органов искусственные. – Кит хотел нас похитить и доставить к боссу. Эти тоже явно собирались поймать и унести… Интересно, наверно были местные летучие мышки с кошку размером, на их базе и создали нечто биомеханическое, часть органов не получилось сделать искусственными, а часть мышц оставить белковыми… Мозги усилили нейрокомпьютером и искином… Не может тварь такого размера эффективно летать в сравнимых с земными условиях. Но такое, с такой массой, вообще летать не должно. Антигравитация?
– Да много тут открытий чудных… – усмехнулся Саныч. – Только мы даже как следует изучить это не можем, слишком далеко ушли местные технологии.
– Надо съездить на север, найденные на пластиковой бумаге древние схемы дорог и коммуникаций указывают, что там, километрах в восьмистах, большой узел, – сказала Даша.
– Сначала надо в местных компьютерах разобраться, а иначе там нас ждёт плен, – строго ответил начальник.
– И у нас только один уазик, вшестером влезем, конечно, но вряд ли путь прямой, автостраду я тут не вижу, – с сожалением зарубил прекрасную идею и я, – Бензина хватит на пару сотен вёрст, и всё… Да и дракошки эти явно не последние.
– Можно плыть! – подал идею Никита, но сам же и зарубил. – Хотя не доплывём, топлива не хватит, да и море внутреннее, а через океаны совсем далеко.
– Миль триста проплыть сможем, – пожал плечами Саныч. – Соляры четверть баков, мы же собирались по Ладоге проплыть максимум пару десятков миль.
Я указал пальцем на виднеющуюся выше по склону автобазу с замершими рядом карьерными самосвалами. Илья махнул рукой:
– Искин никуда грузовик не погонит, пока мы не сможем ему команду выдать. Вопрос к программистам.
– Ты говорил, что у них двигатели в колёсах, – не сдался я, – а колёса объединены в универсальные тележки.
– Да, на каждом самосвале два разрезных моста, на мосту по два колеса, все могут поворачиваться, причём поворотом управляет механика. И сам поворот осуществляется с возможностью выдвижения ступицы, то есть в раме и кузове не обязательно место для повёрнутого колеса предусматривать. Часть конструктора – пояснил Илья, просиял. – Ты гений, аналитик! Раскулачим один грузовичок, сделаем кузов, и вперёд!
– Нет, мы раскулачим четыре грузовичка, – усмехнулся я, – Прифигачим тележки под корпуса нашего катамарана и поедем на нём!
– Вспотеем, – улыбнулась Даша.
– Загнать самоходные тележки в воду, подводная сварка у нас есть, и акваланги. Одна тележка тонн двести возит в штатном режиме, а наш катамаран всего-то тысячу тонн весит, хватило бы и четырёх тележек, но восемь лучше, да и корпуса корабля не для колёс, надо будет жёсткость просчитать, но нам не гонять, а медленно и печально… – потёр ладони наш учёный механик.
– Вспотеем крутить педали электрогенераторов, – мило улыбнулась красотка-программистка. – Самосвалы от мачт вдоль дороги питаются, не думаю, что вдоль нашего маршрута есть такие мачты, по крайней мере везде.
– Объявляю ещё одну задачу, разобраться с дистанционной передачей энергии. Здесь это есть, а мы как раз и этой темой занимаемся, одно из направлений исследований нашей корпорации Заслон, – медленно проговорил Саныч и осмотрел нас.
Ну а что мы? Прорыв совершить очередной, да раз плюнуть! Хотя в данном случае адаптировать имеющееся. А Саныч посмотрел на Дашу, улыбнулся:
– Ты, Даша, поставь цветы в вазу и разбирайся ещё и с ремонтными роботами с автобазы, а то надорвёмся таскать и приваривать тележки к катамарану.
– Я смотрел уже. Там, похоже, не известная нам энергия передаётся от мачт к грузовикам, и ненаправленно, во все стороны излучает, антенны такие. Да и понятно, что если любую известную нам энергию такой мощности излучать, то там всё живое быстро помрёт, если не мгновенно. Так что можно считать, что это не взаимодействующая с известной нам материей тёмная энергия. А если нам её сфокусировать, поднять излучатель повыше, а на мачте катамарана приёмник повыше поставить, то… может что и получится, – веско пояснил Никита, – но на сотню вёрст, дальше горизонт не позволит. Придумывай, аналитик-фантазёр наш, стратостат для излучателя.
– Работаем, следующее совещание завтра, обменяемся идеями, – подытожил начальник, глянул на меня и на Дашу, улыбнулся. – И отдыхаем…
Глава 4
Как будто отдых всем не нужен. Но Даша мои ухаживания игнорировала. А я на свежем воздухе, в тёплом климате, на море, на природе, да в череде трудовых свершений, всё больше влюблялся в красотку. А она… даже не знаю. Но посматривала всё благосклоннее, это радует. Но совсем не торопится открыть своё сердечко, и это печалит!
Прошла неделя после первого налёта драконов. Причём за эту неделю прилетали разом аж три дракона, а потом пришли четыре гориллоподобных биомеханических твари, но мы их без особого труда кокнули. И даже Илья свой арбалет в бою испытал, и начал делать ещё пару арбалетов, не забывая и о более насущных задачах, но для нас смена деятельности, тоже отдых. А я интересное обнаружил, пока друзья драконов месили – под биомеханическими драконами листья и трава разлетаются, то есть в них не антигравитация, а чем-то они на землю опираются. И летают невысоко всегда. Значит есть, что ещё поизучать и над чем подумать на досуге.
Я закончил утреннюю возню с кучей местных разъёмов, задолбался в бессчётный раз прозванивать, паять, расковыривать местные микросхемы и печатные платы, отправлять сигналы и анализировать отклики, но всё-таки запустил очередную долгую задачу перебора комбинаций сигналов на контактах и поручил её моему компу, тоже с зачатками искусственного интеллекта. Отодвинул гору микросхем на большом столе, стоящем под тентом на траве, и пошёл купаться в небольшой речке. А лагерь я предложил разбить на берегу моря, а не на корабле, ибо вылезет ещё кракен какой биомеханический и утащит, да и приятно же на курортном просторе. Даша улыбнулась, глядя на меня в плавках, съязвила слегка:
– Когда-нибудь какая-нибудь тварь утащит тебя в речку.
– У нас радар и оптика окрестности обозревают, в реке и море сонары. Гарантии нет, конечно, но и крупных зверей мы не видели, – пожал плечами я. – А освежиться приятно. Душ хорошо, но река лучше. Пошли вместе купаться?
Даша отрицательно мотнула головой, опять уткнулась в свой ноутбук. А я задумался, что и климат здесь идеальный, за десять дней лишь два коротких дождя, никаких штормов, хотя срок наблюдения маловат конечно. И крупных зверей нет, так бегают разные суслики и зайчики, видели лису, ну похожее что-то. Есть домашние инопланетные овцы – мы уже предположили, что овцы, да и относительно крупные хищники, или генетически модифицированы от чрезмерного размножения, или периодически какие-нибудь роботы излишки отлавливают и на колбасу пускают, хотя второе маловероятно. Насекомые летают немного, но никаких комаров и москитов. Растения тоже чрезмерным буйством не страдают. Какой-то идеальный мир. Только высших разумных обитателей нет.
А на следующий день Даша совершила большое открытие, вернее достигла результата – с помощью сделанного мною переходника докопалась таки до искина одного из кокнутых драконов! Радостно воскликнула, оторвавшись от экрана ноутбука:
– Есть! Доступ получен! И даже с русским языком! И есть язык аборигенов, и даже перевод слов на русский, так что можем начинать изучать. Первый результат, он ничего не знает про главный искин, но есть карта всего мира Гамбал! И есть приказ от главного искина мира, поймать нас и доставить в столицу на севере. Зачем неизвестно. Ты был прав, Денис. Ну и твой разъём с переходником работают.
Даша сняла наушники, подбежала ко мне, чмокнула в щёку, убежала в палатку, выбежала в купальнике и побежала купаться на реку. Я тоже встал из-за стола, за которым ковырялся в электронных потрохах вынутой из дракона направленной вниз тарелки излучателя, в которой мы подозреваем опору на землю, и в которой было немало общего с излучателями энергетических мачт. Отправился переодеваться в плавки – раз Даша вдохновлена, то вместе поплещемся, а может и не откажется от настоящего поцелуя.