– Это веление Ава Увигао, переданное Священным Камнем, и мы должны его выполнять. Уно ал может выносить алихо только раз и должен быть отпущен в лес. Даже когда уно алы перестали заходить в глубину леса, наши алаи стали находить их вблизи поселений и неизменно выполняли волю Ава Увигао.
Должно быть, Ава Увигао не рассчитывал на то, что алы смогут годами удерживать у себя разумного человека в роли тупого кавина.
– А если ты сам обратишься к камню, он ответит? Или если я? – Бентоль протянул руку к святыне, Ваихол быстро взлетел.
– К Священному Камню никто не должен прикасаться, кроме Хранителя преданий! Ава Увигао накажет весь народ! Никто и никогда не должен по своей воле обращаться к Ава Увигао! Только он сам обращается к народу Озерных алов!
Бентоль не настаивал. Он хотел говорить с Ава Увигао лицом к лицу, а не через аппарат неизвестного происхождения. Хранитель преданий уселся на аморфит и начал петь авалеило.
– Раскрылись крылья, вспыхнул свет,
Дар жизни новой,
Принять судьбу на много лет
Они готовы,
– пел Хранитель Ваихол. Новорожденные выбирались на свет, матери подбрасывали их, и алао совершали свой первый короткий полет. Бентоль побрызгал новым Анти-ВС из капсулы на кисть и приготовился к священнодействию.
– Будь небо милостиво к ним,
Неси их, ветер,
Храни их, лес, теплом своим,
Дай солнце, света,
– распевал он хвалебную песню в лад с Хранителем преданий. Помахивая кистью, он приблизился к матерям с детьми. У одной из матерей отчетливо виднелись тусклые пятна на крыльях и среди присосок на хвосте. Мелкие пятна были заметны даже у ее новорожденного малыша.
– Люди теперь не будут вынашивать ваших алихо, но здоровье вам и вашим детям даст средство цивилизованное, что значит – научное. – Бентоль показал алаи капсулу с Анти-ВС. Это напоминало рекламу, но, в конце концов, реклама во все времена была двигателем прогресса. – Как и меня, это средство благословил великий Ава Увигао, чтобы дать вам и вашим детям долгую жизнь.
Он принялся мазать кистью по коже больной алаи. Старик Ваихол, торжественно разведя крылья без пятен, беспрерывно пел хвалебные песни. Сначала молодая мать испуганно сворачивала крылья, но внушение быстро убедило ее не только открыть для лекарства все поверхности, но и доверить человеку свое дитя. Таким же образом была обработана вторая мать и ее ребенок. Бентоль остался еще ненадолго, чтобы проследить, нет ли побочных явлений. Но за час пения и наблюдений ничего не произошло. Новый вариант Анти-ВС оказался удачным, теперь можно было надеяться и на удачу для маленьких алао. Торжественное событие было нарушено появлением Эо. Любопытный подросток стрелой влетел в деревню.
– Уно Ал Увигао! В лес летят уно алы на машине!
Эо, как и другие алы, понимал, что унимобили – это машины, а не живые летучие существа, но разбирался в них слабо. Бентоль встал.
– На какой машине? Куда?
– Машина большая, как у тебя в деревне, она красного цвета, открытая сверху! Вон оттуда летят, в твою деревню! – махнув крылом, Эо показал пальцем с присоской в северном направлении. На поясе Бентоля ожил микрокомп. Голос Мади срывался, слова сыпались одно за другим.
– Тут что-то происходит! Лорелея вместо проповеди кричит в мираже, что лесные деревни надо уничтожить! Наш локатор показывает унимобиль с людьми в пятнадцати километрах, наша деревня первая по их курсу! Сейчас они устроят у нас погром!
Спокойно. Похоже, он недооценил бурю божественной ревности и возможности станции внушения. Лорелея передает свою ревность и страх перед вирусом на станцию, а станция в режиме операторского внушения передает всем остальным. И вот результат – из глупых фильмов о богине выросла реальная опасность. Погромщики уже на полпути, и их много. Отбиться деревенским не удастся, Бентоль может увести нападающих внушением, но тогда они неизбежно увидят его. А когда его увидят проповедники, кто-нибудь из них наверняка пошлет сообщение в Службу Безопасности. Силы передатчика сомервильской студии хватило для того, чтобы ее сигнал уловил «Странник», уловит и «Супер-Проксима». Работа нескольких месяцев пропадет в течение десяти минут.
Что же делать? Он может бросить деревню мохнатых неудачников, а в ней Данилевского с Мади, и скрыться в лесу или в деревне алов. Алы выдать его не смогут физически, никто из людей не поймет их биоволновой речи. Лорелея вряд ли на него донесет, она хочет расправиться с выдуманной мохнатой соперницей, а не с ним. Мади и профессор не захотят его выдавать, а открытие сохранят и запатентуют. Но это если они уцелеют при погроме. А если нет? В машине летит отряд безумных погромщиков, управляемых станцией внушения и еще более безумной Лорелеей. И он сам отчасти в этом виноват. Как теперь он бросит на расправу сомервильским идиотам девчонку, которая была рядом столько дней? Как оставит человека, создавшего и воспитавшего его? И как предаст тех, кто помогал ему в стикском лесу? Каждый – часть его жизни, и неважно, кем считает эту часть земное правительство. Предать их – все равно, что предать самого себя. Но он – Первый и спасатель, так какие могут быть сомнения?
– Все прячьтесь в лесу, а я уведу тех, кто летит. Не стрелять и не вступать в драку, если кто-то из них появится. Возьми с собой все данные опытов, записи и программы. Понятно? – распорядился он в микрофон и отключился.
Спокойно. Для начала надо задержать погромщиков и увести их от деревни. Но сработает ли внушение на большом расстоянии? На Ава Увигао внушение подействовало метров со ста пятидесяти, на отряд бойцов-алов – с сорока, а на десяток мужиков под внушением станции? Операторское внушение Лорелеи будет работать непрерывно, а значит, все время мешать ему! Проверять было некогда.
Бентоль направил крыло туда, где локатор показывал летящую над аморфитами машину. Эо не соврал – это был старый, драный, красный грузовик с открытым кузовом, а в нем – десять громил во вкусе Тийи-Лорелеи или аловских мамаш. На водительском месте сидел губернатор в радужной тоге проповедника, оружие лежало перед ним на пульте, а на сиденье рядом размахивал лучевиком начальник полиции Кояна. Вот это хуже. У Первого тоже был с собой лучевик, в лесу он с оружием не расставался, а в перестрелке у него было немало шансов на успех. Но именно поэтому перестрелка не должна начаться, мутант должен остановить погромщиков без кровопролития. Увести их в глубину леса недостаточно, они под внушением станции, и снова двинутся на деревню. Надо, чтобы они утратили к погрому интерес, а значит – отключить станцию внушения. Вот он, крайний случай! Если он обратит на себя внимание Службы Безопасности, то пусть это будет не зря! Но для того, чтобы отключить станцию, погромщиков надо было задержать в лесу хотя бы на полчаса. Он уже знал, как.
Красная машина Вукича приближалась. Сомервильцы кричали и шумели, в хвосте машины мелькнула пара рук с лучевиками. Пора начинать. Сначала – обезоружить, потом разозлить. Крыло – на ручное управление, все внимание – на внушение! Станция внушения работала в полную силу – сомервильцы орали так, что было слышно без локатора. Внимание. Бентоль развернул крыло и помчался прямо на сомервильскую машину.
– Эй, трусы! Бросай оружие! Лучевики за борт! – хрипло заорал он, набирая скорость и ныряя вниз перед самым носом грузовика. Полозья машины Вукича мелькнули над головой, и что-то небольшое, пролетев сверху, исчезло в лесу. Разворот и снова пролет, на этот раз над головами кричащих проповедников. Вукич попытался поднять машину и сбить крыло, но тяжеловесный грузовик поднялся только метров через сорок. Еще один лучевик улетел в лесную чащу, осталось еще по меньшей мере два. Еще внушение, еще…
–Бросай оружие! Все бросай, что есть! – вниз полетела тяжелая пластиковая палка, похоже, полицейская дубинка, следом – два лучевика и вал от уникрыла, видимо, взятый вместо оружия. На четвертом заходе разоружение было закончено. Бентоль прислушался к звукам, доносившимся из локатора. Временно освобожденные от его внушения, погромщики кричали друг на друга.