"Ну так?" — поторопила я.
"Вообще НИИВ хорошо финансируется, по документам всё прекрасно было весной, оснащение тоже на уровне… Официально. Так что я несколько в шоке с твоих слов", — всё же ответил дядя.
"А я в шоке с того, с чем мне придётся работать!"
"Попробую что-нибудь сделать на ближайшем Совете, но пока напишу обращение в несколько служб, чтобы проверили," — пообещал Гордей и прервал связь.
— И-и? — протянули все, когда я открыла глаза.
Коллеги прекрасно поняли, что я с кем-то общаюсь по нашей особенной связи с близкими ведами, и не стали мешать.
— Ну что я могу сказать, товарищи? С финансированием по документам у нас всё хорошо. С оснащением лабораторий всё ещё лучше. Мне обещали попытаться решить проблему, а пока работаем с тем, что есть. Сейчас ещё поговорю кое с кем, попробую хоть что-то вытрясти.
Я потянулась к Рите.
"Ритусь!"
"Чего тебе? У меня новое экспериментальное зелье закипает, давай быстро или подожди пять минут!"
Пять минут с экспериментом? Не смешите меня! Сутки же минимум от него не оторвётся.
"Можешь принести несколько штучек кое-чего, если они ещё не испортились?" — тут же перешла к делу я и перечислила ей название препаратов, которые она покупала пару месяцев назад и сейчас собиралась выкинуть за ненадобностью, а нам могли пригодиться.
"Всё нормальное, пока рабочее. Ты же знаешь, у меня нет специального шкафа для хранения, так что без вопросов занесу, выкидывать жалко. И давай вечером поговорим, а?"
"Хорошо-хорошо. Спасибо большое."
Огонёчек лучше не трогать, если её захватил новый эксперимент. По опыту знаю, что огрести потом можно знатно, если она загубит новую наработку.
— У меня прекрасные новости! — радостно объявила я.
Все тут же повернулись на мой голос, и я продолжила:
— У нас будет кое-какая нужная мелочёвка для работы, которую я выбила по большому блату.
— А что у нас будет? — Грин тут же навострил уши, а его глаза заблестели в предвкушении. Сразу видно увлечённого своей работой колдуна.
Я задумалась, прикидывая, сколько у Риты должно было остаться неизрасходованных материалов.
— Ну я предполагаю, что нам перепадёт около семи пар лапок озёрки зеленопалой, полмешка чешуи виверны тёмно-огненной, три или четыре засушенных лепестка огнецвета горного, заспиртованные стрекозы с Благословенных рек в неизвестном количестве и, теоретически, яичная скорлупа чёрного феникса. Но в двух последних я не уверена, — добавила я, наблюдая, как мои подчинённые впадают в экстаз. — Да ладно вам, не так уж и много.
— Скажи честно, ты Карру душу продала за такое сокровище? — спросил молчавший и не отсвечивающий до этого Ян.
Я рассмеялась.
— Нет, просто у моей подруги негде это богатство хранить, поэтому она собиралась всё выбросить.
— И не жалко деньги на ветер? — пробормотал Дмитрий.
Я фыркнула:
— Это же всё большими партиями продаётся, а нужно часто в намного меньших количествах. Да и у неё такие расценки и такое количество клиентов, что она вполне может позволить себе их выбрасывать.
— Уж не та ли рыжая твоя подружка, которая с Тинли вместе? — усмехнулся Ян. — Рита, кажется, да?
— Она самая. Да, Рита, — подтвердила я, не став говорить о том, что они уже не вместе. Незачем ему это знать.
— А полное имечко какое? — поинтересовался Шел. Сильных практикующих ведов в Милгроне не сказать, что много, поэтому все имена на слуху.