— Ребята, можно нам минутку? — я попросила Коди, потому что Арчер никогда не собирался слушать. — Мне нужно поговорить со Скоттом наедине.
Ни один из парней не сдвинулся с места. Типично.
— Сейчас же! — огрызнулась я, позволяя всему моему сдерживаемому разочарованию и гневу прорваться сквозь мой голос.
Коди неохотно кивнул, затем толкнул Арчера в грудь, чтобы тот отошел от нас. Они не ушли далеко, но я и не ожидала этого. Достаточно далеко, чтобы создать иллюзию уединения.
— Мэдди, детка, — сказал Скотт, протягивая ко мне руки в умоляющем жесте, — что, черт возьми, происходит? Я думал, ты хочешь заставить их пожалеть о том дне, когда они перешли тебе дорогу?
Мои губы дернулись в улыбке, несмотря на всю серьезность ситуации. Кровь все еще капала с лица Скотта, но, возможно, его нос все-таки не был сломан.
— Пожалеть о том дне? — повторила я с усмешкой. — Это что, Пираты Карибского моря?
Скотт закатил глаза, поморщившись.
— Нет, это заставит их пройти по доске, — он нахмурился, вытирая лицо подолом рубашки. — Так что же? Они причинили тебе боль, Мэдди. Они должны заплатить за это, и я не думаю, что что-то может ранить их больше, чем то, что ты будешь жить дальше, — он снова протянул руку, как будто хотел обнять меня, но я увернулась от его руки.
Коди и Арчер сделали шаг к нам, но я подняла руку, чтобы остановить их. Я была в порядке, и им нужно было перестать относиться ко мне так, будто я сломалась.
— Да, они сделали мне больно, — ответила я, переключив свое внимание исключительно на Скотта, — но это не имеет никакого отношения к тебе. Что за дерьмо между мной и ими? Это между нами. И то, как я решу с этим разбираться, полностью мое дело.
Скотт нахмурил брови, и я увидела упрямое отрицание в его глазах.
— Но Мэдди, ты не должна делать это одна. Я хочу помочь.
— И я ценю это, Скотт. Но мне не нужна твоя помощь. Я большая девочка, и я вполне способна справиться со всем сама. Я сказала тебе прошлой ночью, что ты меня интересуешь не больше, чем друг. Притворство не изменит этого, — я старалась сохранить мягкий тон, чтобы отвлечь внимание от своих слов, но, тем не менее, они попали в цель.
Его лицо стало жестким, глаза холодными.
— Ты сказала мне, что тебя никто не интересует, и все же ты здесь, одетая так, и он весь в тебе, — он с отвращением посмотрел на мое нижнее белье, чулки и туфли на каблуках — по крайней мере, на мне был пиджак — а затем бросил язвительный взгляд в сторону Коди.
К чести Коди, он не клюнул на приманку. Он просто ухмыльнулся и помахал рукой, как и подобает язвительному ублюдку.
Я издала разочарованный вздох и взъерошила пальцами свои розовые кудри.
— Скотт, я ясно выразилась. Преследовать меня здесь, использовать Бри для отслеживания моего местоположения? Это жутко, черт возьми. В моей жизни и без тебя хватает жути. Так что завязывай с этим.
Выражение лица Скотта помялось, и меня охватило чувство вины. Он действительно хотел помочь, независимо от того, насколько он заблуждался.
— Мне жаль, Мэдди, — ответил он тихим голосом, его взгляд был устремлен на гравий у наших ног. — Я никогда не хотел тебя напугать. Я просто очень волновался за тебя, а Шейн сказал, что эти парни замешаны в каком-то очень плохом дерьме.
Я нахмурилась в замешательстве, но потом вспомнила, что Шейн — его старший брат, тот, что служит в полиции и находится в кармане Чарона. Конечно, он бы так сказал.
— Послушай, Скотт, я в порядке. Я знаю, во что я ввязался — теперь — и я могу с этим справиться, — или… я чертовски надеялась, что справлюсь. В любом случае, я не собиралась впутывать Скотта. — Может, перевод сюда был не такой уж хорошей идеей для тебя.
Я не хотела сказать это как оскорбление, но по пораженному выражению лица Скотта я сразу поняла, что он воспринял это как оскорбление. Черт возьми.
— Скотт, я не имела в виду… — я начала отступать, но ему было не до этого.
— Забудь об этом, Мэдди, — отмахнулся он от меня, пройдя несколько шагов по парковке, а затем развернулся, чтобы снова посмотреть на меня. — Я просто волновался, но если это та благодарность, которую я получу, то я остановлюсь. Когда ты окажешься на столе в морге, потому что один из этих гребаных преступников слишком сильно придушил тебя во время секса, тогда это будет на твоей совести.
Он резко зашагал прочь, в ярости забираясь в свою машину, но я не последовала за ним. Его гипотеза была слишком конкретной, и от этого у меня снова побежали мурашки по коже.
Может ли Скотт быть моим преследователем? Моим настоящим преследователем?
Конечно, нет. Он был моим другом, и он даже не был в Сумеречной Роще неделю назад. Не говоря уже о том, что он был слишком молод, чтобы преследовать мою маму.
Я вздохнула. Моя паранойя заставляла меня прыгать на тени, но шансов на передышку не было. Я повернулась лицом к ребятам и широко раскинула руки.