Даллас удивленно хмыкнул.
— Это было быстро для такой публичной сцены. У вас, ребята, должно быть, есть серьезная помощь.
В ответ Стил самодовольно ухмыльнулся.
— Аид оказали нам услугу.
Даллас ответил с пониманием, как будто это все объясняло. Я совершенно не понимала, как можно было разобраться с этой неразберихой, не арестовав Коди по обвинению в восьми убийствах, но опять же, видимо, я очень плохо понимала, где в Тенивой Роще находится власть.
А может быть, я и понимала, просто мне было трудно со всем этим разобраться.
— Ты слышал что-нибудь о Бри? — спросила я Далласа тоненьким голосом, отчаянно желая услышать хоть что-нибудь, но он покачал головой.
— Нет, — ответил он скорбным голосом. — Они ничего мне не говорят, потому что я не член семьи. Только то, что она в операционной.
Стил нахмурился.
— Дайте мне минуту, я разберусь, — он начал вставать со своего места, потом заколебался.
— Мне здесь хорошо, — заверила я его, точно зная, чем вызвана его пауза. — Я не сдвинусь с места, и Даллас прикроет меня, верно? — я легонько коснулась его локтем, и он кивнул.
Стил все еще выглядел неуверенным, но вздохнул.
— Я буду быстро и прямо там. Кричи, если я тебе понадоблюсь.
Я заверила его, что так и сделаю, а затем наблюдала, как он подходит к посту медсестры. Его улыбка была чертовски вежливой, но в его плечах чувствовалась решимость, а вся его атмосфера кричала об опасности. Без сомнения, он в считанные минуты внес бы нас с Далласом в список родственников Бри. Это было страшно впечатляюще.
Даллас слегка хихикнул, отвлекая мое внимание от Стила.
— Что? — спросила я его с долей обвинения.
Он ухмыльнулся.
— Ты так чертовски влюблена. Это чертовски мило.
Мои щеки вспыхнули от жара.
— Что за дерьмо, Даллас? Откуда это вообще взялось?
Он пожал плечами, наклонив голову в ту сторону, где Стил творил свою магию над медсестрой с суровым лицом.
— То, как ты просто наблюдала за ним, похоже на то, как ты смотришь на действительно хорошо приготовленный кофе… но в сто раз больше. Это восхитительно.
Я села обратно на свое место, пытаясь сложить руки, но моя грудь болела слишком сильно для этого.
— Неважно, — проворчала я, чувствуя себя неловко, обсуждая свою личную жизнь, в то время как его девушка — моя лучшая подруга — боролась за свою жизнь в операционной.
Даллас, казалось, оставил эту тему, погрузившись в молчание на несколько минут. Но потом он снова заговорил.
— Они хорошо к тебе относятся?
Я нахмурилась.
— Что это значит?
Его губы изогнулись на одну сторону, насмехаясь надо мной.
— Если ты не знаешь, то ответ однозначно — нет.