Лидия нахмурилась, о чем-то раздумывая, и тряхнув головой, спросила:
— Надеюсь, ты завтра приедешь? Все остается в силе?
Попробуй отказать! — был прямой посыл.
— Да, все уладил, — подтвердил я. — Даже механика мне выделили.
— Отлично, — взгляд Лидии метнулся куда-то в сторону, она махнула рукой кому-то, находящемуся за пределами визора. — Я тут выяснила, кто будет нашим соперником. Довольно сильные пары складываются.
— Поделишься?
— Конечно! — фыркнула княжна. — Я на адрес Светы сбросила записи боев противников, потом посмотришь, изучишь. Значит, слушай: дал согласие Владислав Ягеллон Он, само собой, приедет вместе с родителями по личному приглашению императора. С собой взял напарника — Януша Курцевича — с которым несколько лет выступает на всяких соревнованиях в европейских лигах. Оба сильные пилоты, опыта вагон и маленькая тележка. Они уже вместе десять лет выступают. Сейчас пореже — дела семейные не предполагают бесконечные отлучки. И тем не менее шансы у поляков высоки.
Лида дунула на прядку волос, упавшую на щеку, поинтересовалась:
— Ты слушаешь?
Я помахал рукой, стоя прямо напротив проекции.
— Дальше идет смешанная пара: Эрик Биргерссон из дома Фолькунгов и Василий Гагарин. Эти парни чуть слабее поляков в плане спаянности, но как отдельные пилоты очень даже приличные. Думаю, за несколько дней они смогут достичь взаимопонимания. Парные выступления идут сразу после одиночек. Время у нас будет.
— А третья пара? — с подозрением спросил я, увидев легкую улыбку Лидии, когда она сделала многозначительную паузу.
— Дубровский Егор и Шуйский Иван, наши знакомые.
Я не сдержался и застонал. Опять с этим дылдой бодаться!
— Дубровский может обладать информацией обо мне, — предупредил я.
— Не беспокойся, ничего он не знает, — уверенно ответила княжна. — Я сегодня разговаривала с Егором. Как только узнал, что моим напарником будешь ты, очень обрадовался.
— С чего вдруг?
— Хочет отомстить за проигрыш тебе в Лужниках. Но это даже хорошо. Ослепленный жаждой мести пилот перестает анализировать происходящее. Мы эту парочку приземлим, не переживай.
— Жребий слепой? — с надеждой спросил я. Иначе нас намеренно сведут с Дубровским или со скандинавами, чтобы сразу не выставлять против сильной польской пары. Шанс для княжны на выигрыш должен оставаться до последнего.
— Отец обещал провести жеребьевку при зрителях, чтобы интерес подогреть, — кивнула Лидия. — Ну, вроде бы все сказала. Завтра жду на полигоне. Водитель знает, куда ехать. Возьмешь у него пропуск на свое имя. Все, пока-пока!
Княжна помахал рукой и отключилась. Я облегченно вздохнул. Наконец-то, суматоха закончилась, и можно спокойно идти в комнату отдыхать.
— А где накопитель с записями боев? — спросил я Свету, излишне внимательно читавшую книгу.
— Возьми на подоконнике, — мотнула она головой, рассыпая волосы по плечам, и проворчала: — Чем ты ее привлек, не понимаю.
— Наверное, за свою скромность, честность и фотогеничную внешность, — сострил я, забирая плоскую коробку накопителя. Интересно получается, каким образом магическая плата, на которую записывается визуальный ряд, не подвергается разрушению? Все дело в материале, из которого сделана коробка?
— Ты про кого сейчас рассказал? — фыркнула девчонка. — Это какой-то идеальный молодой человек из фантазийных романов. Насколько знаю, княжна Лидия увлекается экзоскелетами, а не чтивом подобного рода.
— Поверь, она книжки читает, — откликнулся я, собираясь выходить из комнаты. — Вот такенной толщины!
И пальцами показал размер фолиантов, которые видел в кабинете перед встречей с цесаревичем и его дочерью.
— Вик, — голос Светы дрогнул. — Будь осторожен с княжной. Не поддавайся на сладкие речи. Мстиславские ищут только свою выгоду везде, где только могут. Даже среди тех, у кого… ну, родителей нет. Извини…
— А ты отключила визор? — спросил я, кинув взгляд на белое полотно ткани, куда проецировался разговор с Великой княжной.
Света мгновенно побледнела и рванулась к полочке, где лежал пенал с амулетами-визорами.